Когда я пришла на условленное место, даже не удивилась, когда рядом с Солнышком обнаружился и Брендон. Почему только мой парень, такой светлый и замечательный, выбрал себе в лучшие друзья такое вот?

– У вас есть какой-то план? – поинтересовалась я с закономерным подозрением.

Если в деле замешан Брендон Фелтон, можно ожидать чего угодно.

– Ну… – улыбнулся Арджун. – Как ты относишься к благотворительности?

Я ляпнула первое, что пришло в голову.

– Я к ней не отношусь. А что?

Ведь неспроста завел Солнышко этот разговор?

– Мы решили с Бреном посетить один сиротский приют. Оттуда поступали обращения в благотворительный фонд Фелтонов… В общем, мы поговорили вчера с лордом Гарольдом и решили посетить богоугодное заведение. Поддержать воспитанников морально. Ну, и вручить чек на приятную сумму и подарки.

Я глубоко вздохнула и выпалила:

– И там совершенно случайно воспитывались сыновья Альфреда?

Парни переглянулись.

– Ну, разве что совершенно случайно, – пожал плечами Паук с совершенно непроницаемым видом.

Даже удивиться не смогла.

– После этого ты станешь утверждать, будто никаких баз данных никогда не вскрывал? – насмешливо спросила я у кузена.

Смутить Паука было делом совершенно безнадежным, убедилась в очередной раз.

– Бездоказательно, – произнес Брен, а потом добавил: – И недоказуемо.

Потрясающе. Значит, он действительно хакнул полицейские базы, и тетя Дафна обвиняла племянника не зря. Вот же действительно юное дарование.

Арджун глядел на нас и от всей души потешался.

– Ну так что, поедешь с нами? – поинтересовался Солнышко. – Красивая девушка для таких мероприятий почти обязательный атрибут, а тащить кого-то из наших принцесс не хочется, увидят что-то ненужное и обязательно потом старшим проболтаются.

То есть я сама уже на принцессу не тяну…

– А что с охраной? – опасливо поинтересовалась я.

Как-то в свете всего произошедшего мне уже не хотелось рваться навстречу приключениям.

– Охрану лорд Гарольд обеспечит первоклассную, – заверил меня Арджун. – Даже муха не пролетит.

Паук кивнул, подтверждая правоту друга.

– Тогда поеду с вами за компанию. Нельзя же вас отпускать одних, в вас же здравого смысла ни на пенс, – проворчала я.

И все-таки принцессой меня Арджун не считает, пусть и говорит, что я красивая. Странные дела.

Выбрать одежду самой мне не позволили. По мою душу явилась леди Элизабет, которая решительно заявила, что негоже наследнице Лестеров выглядеть в приюте как воспитанница этого же самого приюта.

– Дорогая моя, благотворительность – обязательная часть жизни светской дамы. Мы должны выполнять свой долг перед обществом, Джейн, – наставительно сказала леди Фелтон внимательно наблюдая за тем, как я облачаюсь в бежевое платье, фасон которого она назвала «футляр». – А заодно таким образом мы поддерживаем свою репутацию. Вот эти туфли, милая. Каблук не должен быть слишком хорошим. Нужно выглядеть воплощением скромности и благопристойности. Ты совсем юная, так что можно махнуть рукой на макияж. Только немного блеска на губы. А волосы убери наверх, так будет лучше. Замечательно. Слушайся мальчиков, они знают, как следует себя вести.

Я пообещала, что будут слушаться ребят беспрекословно и вообще покажу себя паинькой.

– Вот и умница, – ласково произнесла леди Элизабет и ласково провела рукой по моей щеке. – Ты чудо как хороша, Джейн. Надеюсь, что тебя сфотографируют журналисты и ты такой окажешься на страницах газет.

На страницы газет мне совершенно не хотелось, но я на всякий случай кивнула.

Парни, ждавшие меня в холле, сперва молча разглядывали меня, после чего Брендон вынес вердикт:

– Достойно, Лестер. Только перестань сутулиться, будь любезна.

Я послушно выпрямилась, и посмотрела на Арджуна.

– Красавица, – улыбнулся он мне. – Мы готовы, выдвигаемся.

Приют показался мне далеко не таким страшным, как мне представлялось. Просто большое здание. Было видно, что на нормальный ремонт не хватает денег, но ничего по-настоящему ужасного. Дети, который вышли нас встречать, тоже не выглядели голодными заморышами. Вот только глаза… Там столько безнадежности было. И, когда нас разглядели как следует, поняли, что мы вряд ли приехали кого-то усыновлять… Словом, интерес к нам у воспитанников пропал. Разве что на пакеты, которые охрана вытаскивала, еще косились.

А вот директриса приюта неслась к нам так быстро, словно от этого зависела ее жизнь.

– Добрый день, молодые люди, – поздоровалась она с такой сердечностью, будто мы ее потерянные и вновь обретенные дети. – Так радостно видеть вас здесь.

Вперед вышел Брендон. Который улыбался. Мне даже страшно стало. Ведь Брендон же никогда не улыбается!

– Мы счастливы, что можем оказать помощь сиротам, миссис Филиппс, – до дрожи обаятельно произнес Паук. – Вы занимаетесь благородным делом, и мы счастливы оказать посильную помощь.