КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Пора бы няньке вашей придти: солнышко-то уже за горку садится.

ШУСТРИК. Сказала, что обязательно будет. Хочет с тобой посоветоваться. (УМОРУШКЕ). И куда ты столько венков плетешь?

УМОРУШКА. На каждый день – новый венок. На пятницу, на вторник, на среду, на четверг, на пятницу…

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (удивленно). Погоди-погоди… Это сколько же у тебя пятниц на неделе?

УМОРУШКА. Две. А что: мало?

ШУСТРИК. А понедельников сколько?

УМОРУШКА. И одного хватит. Не люблю их! Понедельник – день тяжелый.

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Точно, внученька. Сегодня понедельник!

ШУСТРИК. Завтра легче будет?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Завтра все против них поднимутся. А со всеми всегда легче.

ШУСТРИК достает нож и начинает ковырять им пень.

Это что такое?!

ШУСТРИК. Выменял. Видишь как режет?!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Вижу… А завтра что выменяешь? Топор?! А ну, выбрось его!

ШУСТРИК встал, отошел в сторону. Руки и нож спрятал за спину, отрицательно помотал головой.

Деда не слушаться?! АНДЫ…

УМОРУШКА (гневно). Выбрось его, Шустрик, быстрее!

ШУСТРИК. А ты подберешь? Нет!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ…ШАЛАНДЫ…

УМОРУШКА. Ой, чего сейчас будет!.. (Закрывает глаза руками, но изредка подсматривает).

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (повторяет)…ШАЛАНДЫ…

ШУСТРИК (быстро). ФЫР-ФЫР-ПУПЫР! Все: выбросил! (Показывает руки: ножа в них нет).

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (осматривает руки ШУСТРИКА, затем землю около ШУСТРИКА). Дедушка тебя чему учил? дедушку обманывать?! Где нож?!

ШУСТРИК шмыгает носом, проводит под ним ребром ладони и устремляет невинный взгляд в небо.

УМОРУШКА. Ой, какой ты оказывается!.. Ой, какой ты выходит!.. Ой, с кого же теперь я пример брать буду!.. Ой…

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Погоди, внучка, ойкать. Я с ним сейчас по-мужски поговорю. (После паузы, ШУСТРИКУ, качая укоризненно головой). Ай-яй-яй-яй!.. А? Ой-ей-ей-ей!..

ШУСТРИК морщится и зажимает уши руками.

Уши зажал? Слушать не хочешь?

УМОРУШКА. Не нравится по-мужски!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Где нож?

ШУСТРИК (убрав одну руку от уха). Что?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (успевает схватить ШУСТРИКА за ухо). Где нож? Где нож? Где нож? (Отпускает ухо).

ШУСТРИК (чуть не плача). Сам зарок давал, а сам за ухи треплет!.. Нет у меня ножа! (Садится на пенек спиной к КАЛИНЕ КАЛИНЫЧУ).

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (виновато). Уж и потаскать нельзя… Не оторвал ведь? И не разговаривает с дедом… Обиделся, видишь ли…

УМОРУШКА в это время подходит к брату, осматривает его ухо и глядит ШУСТРИКА по голове: жалеет.

Не прощенья же мне у тебя просить?! Ну, прости, погорячился… Ну, хочешь, я на колени встану? Я встану!

В этот момент появляется БАБА-ЯГА. Она невольно становится свидетельницей конца этой сцены. КАЛИНА КАЛИНЫЧ становится на колени перед ШУСТРИКОМ.

Готово! Смотри!

УМОРУШКА (заметив БАБУ-ЯГУ, шипит КАЛИНЕ КАЛИНЫЧУ). Де-да-а!..

БАБА-ЯГА (виновато). Простите… Я, кажется, не вовремя…

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (смущенно). Нет, почему же… В самый раз… Мы… репетируем!

БАБА-ЯГА. Нашли время! Чаща Муромская в опасности, а они репетируют!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ (поднимается с колен). Мы и репетируем, как быть непреклонными с врагами, если они начнут просить пощады.

БАБА-ЯГА. И Шустрик был непреклонным?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Как скала!

УМОРУШКА. Нянюшка, ты пешком?

БАБА-ЯГА. Пешком, милая. Зачем ступу взад-вперед гонять? Она у меня старая. (Садится на пенек). Что делать будем с гостями непрошеными?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Вразумлять. Не поможет – предупрежденье сделаем.

ШУСТРИК. Уже делали.

УМОРУШКА. Заблудить их нужно. Далеко – далеко!

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Нет, с дороги мы их сбивать не станем. Их, наоборот, нужно наставить на путь истины.

УМОРУШКА. У нас такого пути нет! Может, он где-нибудь подальше от нас находится?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Когда взрослые разговаривают, дети должны помалкивать.

БАБА-ЯГА. А что если «АНДЫ-ШАЛАНДЫ»… – и дело с концом?

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. А зарок? Ты тоже зарок давала, все зарок давали!

БАБА-ЯГА. Я давала, я и назад возьму. Сколько их – древотяпов?