Шрифт:
ВЕДМЕДЕВ. Теперь этот леший не так просто встретит: с ножиком! Бежим отсюда, Гриш? А? Бежим, пока живы!
Незаметно для лесорубов за палаткой появляются КАЛИНА КАЛИНЫЧ и ШУСТРИК.
ОПИЛКИН (ВЕДМЕДЕВУ). Стар я от мальчишек бегать! (ВАНЕ). На кого он похож, знакомец твой новый?
ВАНЯ пожимает плечами, некоторое время сосредоточенно думает, наконец тычет рукой в САНЮ.
САНЯ. На меня?!.
ВАНЯ. Когда ты из второго в третий класс перебрался – точно такой был. Только ты рыжий, а он зеленый.
САНЯ. Я – рыжий?! Я – золотистый шатен!
ШУСТРИК. И я не зеленый!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ зажимает ШУСТРИКУ рот. Пауза.
ВЕДМЕДЕВ. Кто кричал?
ОПИЛКИН. Показалось…
ВАНЯ (после испуга, улыбаясь). Ух!.. А я испугался, когда показалось!
САНЯ (гордо). А я не услал испугаться!
ВЕДМЕДЕВ (хмуро). Сходи посмотри, раз ты такой смелый!
САНЯ. Пожалуйста! (Встает).
ВЕДМЕДЕВ. Чуть что – кричи.
САНЯ. Ладно. А что кричать?
ВЕДМЕДЕВ. Что успеешь.
КАЛИНА КАЛИНЫЧ и ШУСТРИК исчезают. САНЯ идет в их сторону. Меняется освещение: часть сцены с лесорубами притемняется, а другая часть сцены высвечивается. Там появляются КАЛИНА КАЛИНЫЧ и ШУСТРИК.
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. За нами идет… словно чует…
ШУСТРИК. Давай улетучимся? Чик – и нет нас!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Не для того шли сюда. Поговорим с юношей. Ты его тогда встретил?
ШУСТРИК. Может, его, а может, и не его. Похожи они очень. (С трудом выговаривает). Оба зо-ло-тисты-е ша-те-ны.
Появляется САНЯ.
САНЯ. Ой!..
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Не «ой», а «здравствуйте!»
САНЯ. Здравствуйте…
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. И ты здравствуй. Пока. (ШУСТРИКУ). Он? Не он?
ШУСТРИК. Он не он. Он…
КАЛИНА КАЛИНЫЧ (перебивает). Понятно. (САНЕ). Зачем в Муромскую Чащу пожаловали?
САНЯ. Мы решили здесь заработать… То есть, поработать, вон какие дубы зря стоят!
ШУСТРИК (КАЛИНЕ КАЛИНЫЧУ). Я говорил, что они решили нашу Чащу совсем порешить!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ (САНЕ). И кто же у вас такой умный? Кто додумался до мысли такой?
САНЯ. Опилкин Григорий Созонович. Он правда умный.
ШУСТРИК. Здесь место запретное для людей! Здесь тысячу лет нога человека не ступала!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. И не ступит. (САНЕ). Вот что: передай своим, чтобы завтра же вас тут не было. Ясно?
САНЯ. Ясно. Только Опилкин вас не послушается. Он у нас знаете какой крутой! Ему сам Березко Алексей Иванович не велел сюда ездить, а он поехал! Раз он Березки не испугался, вас и подавно не испугается!
ШУСТРИК. Плохо ты моего дедушку знаешь! Он в такое вас заколдует – никакая Березка не расколдует!
САНЯ (смеется). Колдуны только в сказках бывают! А вы фокусы делать научились и хвастаете!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ (обидевшись). Я – фокусы?!. Я – хвастаю?!.
ШУСТРИК. Сам ты из сказки, а мы из Чащи Муромской! Деда, сделай из него какую-нибудь штуковину!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Какую?!
ШУСТРИК. Ну… Ну… Ну, сделай из него орясину!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Сейчас! (Удивленно). А на что она похожа?
ШУСТРИК пожимает плечами.
САНЯ (воспользовавшись небольшой заминкой). Вы не пугайте… И не обзывайтесь…
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Я не пугаю. Я… (Начинает колдовать). АНДЫ-ШАЛАНДЫ… (Останавливается). Зарок! Зарок давал злые чары не применять!.. (Садится на землю, горестно обхватывает голову руками).
ШУСТРИК. Не плачь, дедушка! Мы им!.. Они нас!.. (САНЕ). Беги, пока жив!
САНЯ (радостно). Ага!.. (Пятится и исчезает).
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Лесной Совет надо созывать… Решать надо, что с ними делать.
ШУСТРИК. Созовем, дедушка! Я шустрый, я быстро всех соберу!
КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Вот и хорошо. (Поднимается с земли). А теперь идем к Уморушке. Заждалась, поди, бедная…
КАЛИНА КАЛИНЫЧ и ШУСТРИК уходят.
Картина четвертая
Декорации те же, что и во второй картине. Вечереет, но еще светло. На пеньке сидят КАЛИНА КАЛИНЫЧ и ШУСТРИК. В стороне от них на траве сидит УМОРУШКА и плетет венок из ромашек.