Шрифт:
– Миша, вы надолго от нас?
– писклявым голосом спросила Лариса, корректор литературного текста.
– Не знаю, Лариса..., надеюсь, надолго!
– подмигнул Михаил Ларисе, надо было гордо пройти через этот строй коллег, не уронив марку.
Глава 4
Официантка была худощава, на любителя. Подав меню Михаилу, девушка представилась.
– Здравствуйте! Меня зовут Катерина, сегодня я буду вас обслуживать!
– принял поданное меню из, очень уж волосатых, из-за избытка тестостерона был, рук, Михаил.
– Спасибо Катерина, можете через пару минут подойти!
– улыбнулся Михаил, раскрывая меню. Официантка удалилась, оставив клиента одного.
Переход в низшую лигу надо было отметить, несмотря на раннее время для раута, в ресторане уже сидели за парочкой столов. Эх, хотелось гульнуть на всю катушку, но увы, реальность была другая. Перспектива на завтра была не очень. В будущем очерке Михаил уже сомневался, особенно после сегодняшнего рассказа Инночки. После такого произведения появилась неуверенность в собственных силах. В меню названия блюд были хитрые и замысловатые, Миша остановился на чем попроще. И опять неугомонная Вера прислала смс.
"Миша! Любимый, я тебя жду!" - да что же это такое..., какого .... она решила, что я приеду к ней, подумал Михаил, улыбаясь подходящей официантке.
– Ну, что заказывать будете?
– и зубы в довесок были кривые у этой девушки. Надо же, и еще официанткой работает.
– Двести граммов водки и русскую нарезку..., да и хлебную корзину, если не трудно!
– официантка записала, убирая дежурную улыбку, заказ был не красивый.
– Может, еще что-нибудь?
– Пока это.. Потом видно будет!
– ответил Михаил. Мир рушился вокруг, а тут ещё самая неприятная личность во всем ресторане, достаётся тебе. Везение с самого утра, по полной.
Заиграл Жан Мишель Жарре в смартфоне. Высветился неизвестный номер.
– Алло! Слушаю!
– настороженно ответил на звонок Михаил.
– Чё, слизняк? Издеваешься?
– без обиняков спросил женский голос.
– Вы о чем, Инна?
– наивно удивился Михаил.
– А то вы не знаете!
– Инна злилась.
– Какой пароль? Не заставляйте вызывать айтишника!
– А, вот вы о чём! Ну, пишите..., в английском раскладе русские буквы..., готовы?
– Да.
– Я пробел, д пробел, у пробел, р пробел, а пробел, к пробел, п пробел, р пробел, о пробел, с пробел, т пробел, и пробел, м пробел, е пробел, н пробел, я пробел. Ввод.... Я дурак прости меня.
– В трубке стояла тишина.
– Сожалею, что наговорил бред..., прочел твой рассказ и..., восхищен!
После последнего слова, Михаил резко нажал на отбой и выдохнул воздух. Сначала казалось, что будет тяжело все это сказать, но оказалось, очень даже легко. Михаил почувствовал удовлетворение, да, может и слизняк, но не совсем пропащий.
– Ваш заказ!
– Выложила с подноса на стол блюдо с нарезкой, корзинку с булочками и запотевший графинчик.
– Спасибо, Катерина!
– поблагодарил Михаил, из графинчика наливая в стопку водку. Официантка удалилась, оставив клиента в покое.
Опять пришла смс, на этот раз не от Веры: "Спасибо!", просто и без лишних слов. Михаил удовлетворенно улыбнулся и опрокинул стопку в рот. Ядреные пары водки ударили в нос. Пододвинув блюдо с нарезкой, Михаил стал выбирать. На блюде лежали кусочки сала, колбасы, маринованных огурчиков и квашеной капусты с клюквой. Пока огурчик был самое то. С наслаждением, Михаил надкусил с хрустом маринованный овощ.
После утреннего портвешка, водка легла на желудок мягко и нежно. Свежий алкоголь опять добавил краски в жизнь. Глубоко, в мозгу, червячок насторожился от такой нездоровой радости после стопки. Но червячок был маленький и издох быстро. Старые дрожжи ожили в крови Михаила. Откинувшись на диване, журналист стал изучать компанию за соседним столом.
Там сидела пара коллег - полдничали. Оба парнишки были в пиджаках и галстуках. Попивая кофе из чашек, они о чем-то оживленно спорили. У одного парнишки из нагрудного кармана торчала дорогая авторучка с золотым ободком.
За другим столом сидели мужчина с женщиной, а маленький мальчик все пытался выскользнуть из-за стола в поисках приключений. И только мальчишка был уж готов рвануть, женщина ловко одергивала его обратно. Со страдальческим лицом, мальчуган успокаивался, с горечью смотря по сторонам. Наконец, мальчику принесли мороженое, радость снова поселилась в его глазах.
Михаил налил в стопку и резко выпил, почти не выдыхая. На этот раз, Михаил позарился на соленое сало. Все вокруг были такие хорошие, презентабельные, даже мальчишка жадно поглощавший мороженное. Один Михаил не вписывался в этот фон со своей недельной щетиной и встрепанными волосами. Зато духовно, он все выше и выше воспарялся.
Ну про вундеркинда написать..., и что? Десять лет писал про всякое заказное дерьмо, а уж про человека написать..., да раз плюнуть! Да, стол потерял и место теплое..., и что? И далось это гнилое место, настоящая творческая личность всегда будет востребована на этом поприще! Истинные писатели и поэты во все века жили впроголодь! Творили для общества! А может еще и роман начать писать? А что? Вон сколько прекрасных людей вокруг, вот про кого надо писать!
– очередной раз выпил водку Михаил, впадая в раж.