— Добрый день Илья Сергеевич. По моим сведениям, через три недели приступаете к испытаниям?

— Всё идет по графику, так что постараемся уложиться в сроки.

— Эттто хорошо, — как-то странно произнес фразу Кроль и, улыбнувшись, добавил, — Вообще-то я вас не за этим пригласил. Как вы смотрите на продажу всего комплекса, включая стенд, энергетическую установку и систему слежения?

— Простите, я не совсем понял ваш вопрос? — Илья с удивлением посмотрел на шефа, и его молниеносно охватило чувство волнения.

— Не стану ходить кругами. На меня вышли крупные заказчики, которые каким-то образом осведомлены о проводимых у нас работах. Весьма странно, откуда просочилась информация, но не в этом суть. Они не хотят ждать оформления патентов, и даже окончания испытаний. Готовы заплатить большие деньги, очень большие, — и Кроль пристально взглянул на Пирогова. При этом он держал ладони перед собой и перебирал кончиками пальцев.

Комок подступил к горлу и слова застряли. Было ощущение, что любимую игрушку повертели перед носом и, спрятав за спину, предложили взамен кучу сладостей. Перед мысленным взором Ильи возникли странные смеющиеся рожицы клоунов, которые наперебой выкрикивали: «Так тебе и надо. Ишь, чего захотел. Гы-гы-гы…». Собрав остаток воли, Илья спросил:

— И сколько американцы вам предложили?

— А с чего вы решили, что американцы? Впрочем, вы правы. Речь идёт о ста миллионах американских долларов. Если отбросить мою половину, то оставшиеся пятьдесят легко разделить в коллективе. Скажем, вам сорок и десять на всех остальных. Более чем справедливо, и как я где-то слышал, все будут в шоколаде.

— Я думаю, что у вас, Виктор Эдуардович, могут возникнуть проблемы при продаже, — глухим, но уже более уверенным голосом произнес Илья.

— С чего вдруг?

— Наша установка, а точнее результаты предстоящих испытаний могут представлять большой интерес для оборонщиков. А всё, что касается ВПК, отслеживается. Если американцы вышли на вас, то вряд ли за нами не наблюдают и отечественные службы безопасности. А продажа военных секретов, это…

Кроль откинулся на спинку кресла и посмотрел на Илью, который с каждым произнесенным словом, обретал всё большую уверенность.

— И все же, вы подумайте. У меня есть ровно неделя, чтобы дать ответ. А что касается технической стороны дела, это моя проблема. Договорились?

— Хорошо. Я свободен?

— Разумеется. Да…, и, не особенно торопитесь с запуском. Все проверьте, чтобы не получилось как прошлый раз, когда лаборатория взлетела на воздух. Вы наверное не знаете, каких денег мне это стоило?

— Не малых…

— Надеюсь, вы не приняли мои слова, как давление, но бизнес, есть бизнес.

— Да, конечно.

Илья вышел из кабинета, нервно шаря рукой по карманам в поисках сигарет. Не найдя, быстрым шагом прошел по коридору заводоуправления и выскочил на морозный воздух. Корпус лаборатории был поблизости, но он не спешил, словно хотел остудить впечатления от разговора с шефом. Вернувшись, около часа пытался отвлечься и заняться работой, но, почувствовав, что всё буквально валится из рук, под предлогом посещения жены в больнице, отправился домой.

У проходной завода к нему подошел мужчина и, предъявив документа сотрудника ФСБ, попросил проехать с ним в областное управление. Илья воспринял это спокойно, и даже с некоторой долей облегчения, так как решил, что вопрос, по которому его вызывают, наверняка касается работы, а значит, многое может проясниться сегодня.

В просторном кабинете, куда Пирогова провел дежурный офицер, сидело двое в штатском. В одном Илья сразу же признал капитана Осипова. Вторым был седовласый мужчина с грубыми, боксерскими чертами лица и большим шрамом на щеке, уходящим за воротник рубашки. Он жестом пригласил к столу, после чего представился:

— Полковник Боголюбов Денис Митрофанович. Капитана Осипова, надеюсь, вы помните. Он с вами уже встречался.

— Да.

Илья поздоровался и, усевшись, кинул беглый взгляд на окружающие предметы в кабинете.

«Странно, с чего это вдруг меня пригласили к столь высокому начальству?» — подумал Илья и перевел взгляд на полковника.

— Илья Сергеевич, по нашим данным, в ближайшее время вы приступаете к испытаниям установки, которая создана при вашем непосредственном участии. Не так ли?

— Совершенно верно. Максимум через месяц планируем начать.

— К сожалению, лаборатория является зоной частных интересов, поэтому мы не располагаем подробностями. И все же, если можно, в общих чертах, какое практическое применение вы ожидаете получить?

— Пока сказать трудно. Установка опытная, ожидаемые результаты чисто теоретические.

— А если не вдаваться в серьезную научную терминологию, то ожидаемый практический эффект представляет интерес?

— Если наши расчеты подтвердятся, то мы сможем получить плазмоиды значительно более высокой энергоемкости, чем получали до этого.