– Азалия!
– девочка уже кричала, отчаявшись.
– Азалия, ты меня слышишь?!

За дверью послышались шаги. Все громче и громче. Пусть они придут сюда и увидят, как фея заберет ее в свой мир. Тогда им будет стыдно.

– Азалия!
– дверь комнаты распахнулась. На пороге стояли встревоженная Софья с красными от слез глазами и мужчина в сером костюме, в начищенных до блеска ботинках и в очках с толстыми стеклами. В руке у него был небольшой черный чемоданчик. Лысина мужчины сверкала в свете люстры.

Увидев его, у Анилии все внутри сжалось. Теперь она еще больше походила на свихнувшуюся, стоя посреди комнаты и выкрикивающая имя фантазийной принцессы фей.

– Азалия, пожалуйста!
– последняя попытка также не увенчалась успехом.

Софья схватилась за голову, а доктор нахмурился так, что его густые седые брови оказались сведенными вместе.

– Анилия, дорогая. Меня зовут доктор Ришар. Можно мне поговорить с тобой?
– проговорил он неожиданно низким голосом.

– Нет, не подходите ко мне!
– запротестовала Анилия, выставив перед собой руки. Еще не хватало, чтобы с ней говорили, как с сумасшедшей, подумала девочка.

– Дорогая, доктор просто побеседует с тобой и все, - Софья ласковым тоном пыталась успокоить дочь, мысленно жалея, что вызвала врача. Она пыталась убедить себя, что это действительно правильное решение, хотя каждая частичка ее протестовала.

– Вы не понимаете, - говорила Анилия, скрестив руки на груди.
– Мама, я думала ты меня поймешь... За что ты так со мной?

От этих слов у Софья сердце оборвалось. Может она и вправду совершает ошибку. Ей захотелось тут же выставить доктора из дома. От противоречивых чувств у той закружилась голова.

– Анилия, просто поговори с этим месье. Ради меня, - Софья умоляюще смотрела в глаза дочери, но в ответ услышала только резкое "нет".

Доктор жестом пригласил Софью последовать за ним в коридор.

Они удалились. Анилия попыталась прислушаться к их шепоту за дверью, но так ничего и не услышала.

– Мадам Тайфер. У вашей дочери приступ агрессии. На фоне тех фактов, что вы изложили мне ранее, которые касаются ее галлюцинаций, это может быть очень опасно. Сейчас она думает, что все настроены против нее, но вы сможете поговорить с ней, сказать, что верите ей, и просто беспокоитесь? Я думаю, нам нужно положить ее в больницу на обследование. И чем раньше, тем лучше.

Софья только ахнула. Неужели все так серьезно?

– Доктор, я так боюсь. И я думаю, что она мне уже не поверит, - поделилась Софья, не скрывая выступивших на глаза слез.

– Вам нужно кое-что сделать. Уверяю вас, ей это только на пользу...

***

"О чем они так долго говорят? Ничего не слышно", - думала Анилия, пытаясь хоть что-то услышать.

Вдруг она резко отпрянула от открывающейся двери, как ошпаренная, и вновь приняла боевую стойку, насупившись и скрестив руки на груди, тем самым защищаясь.

В комнату медленно вошла Софья.

– Лия, можно мне поговорить с тобой?
– начала Софья осторожно.

Ответа не последовало, и она продолжила:

– Прости, что я позвала доктора. Просто я испугалась...
– она осеклась, но заставила себя договорить.
– Я испугалась, что у тебя такие же проблемы, что и у твоей тети...

Анилия округлила глаза. Что еще за проблемы?

– Она страдала галлюцинациями, - сказала Софья, отвечая на немой вопрос дочери, застывший в ее глазах.
– Ей тогда было восемнадцать лет. И сейчас она практически вылечилась. И я не хочу, чтобы ты проходила через то же, через что прошла она. Я волновалась. Можно мне обнять тебя?

Анилия недоверчиво покосилась на мать.

– Доктор сказал, что это возможно из-за того, что мы с папой уделяли тебе мало внимания. Разреши мне все исправить, я буду меньше работать, и мы будем больше времени проводить вместе. И не нужен нам никакой врач. Иди ко мне.

"Надеюсь, что я поступаю правильно", - подумала Софья, когда дочь неохотно подошла к ней и позволила себя обнять.

– Прости, родная.

Анилия почувствовала, как что-то больно вонзилось в ее предплечье, словно ее ужалила огромная пчела. А затем тело перестало слушаться ее и перед глазами все заплясало. Глаза произвольно закрылись, и она погрузилась в сон.

***

Анилия медленно открыла глаза и тут же закрыла их. Свет из окна ослеплял. Она хотела было убрать прядь волос со лба, которая щекотала ей лицо, но вдруг поняла, что не может пошевелить рукой. Она попыталась встать с постели, но ничего не вышло. Ее руки были привязаны тугими кожаными ремнями, так же, как и ноги.

Тут на девочку обрушились воспоминания о произошедшем. "Поверить не могу, что я в больнице", - думала Анилия в панике.

Она еще пару раз попыталась освободиться от оков, но ничего не вышло, она почувствовала себя рыбой, попавшей в сети.