Вдруг, его рука дрогнула и медная монетка, которую он вертел пальцами, упала вниз. "А если, я ошибаюсь?
– замерли синие глаза.
– Уж больно много странного с ним связано". Мозг, словно взявшая след гончая, мгновенно подсунул ему нужную картинку, где сам глава Верховного конклита - Илириус Зенон почтительно раскланивался со стариком. "Этот Коста ввел себя с первым магистром так, словно был его старым знакомым, - к своему удивлению вспоминал Килиан.
– А остальные маги нашей Академии, вообще, как-то странно ведут себя в его присутствии... Точно, они его бояться!".

Итогом раздумий стало то, что маг, накинув на себя ритуальное одеяние, покинул дом и рванул к Академии.

– Здорово, сосед, - воткнулся в спину глухой голос, когда он пронесся мимо какой-то лавки.
– Здорово, говорю.

В брошенных словах было столько ненависти, что Килиан просто не мог не обернуться. "Какой-то дед, - пронеслось в его голове.
– Какого каина ему надо?".

– Не узнал?
– сверкнув глазами, буркнул тот.
– Значит, хорош...

Килиан не знал, что и сказать на это. Старик, действительно, ему был незнаком. Землистого цвета лицо, покрытое страшными отметинами, кривилось в гримасе.

– Чего надо? Не видишь, спешу я, - решив, что это очередной попрошайка, недовольно протянул Килиан.
– Пошел прочь!

Маг попытался оттолкнуть плечом эту неожиданную преграду, но, пожалуй, даже скалу было бы легче сдвинуть со своего места.

– Арат я, огненный ублюдок, - выплюнул из себя имя дед.
– Арта, я, сосед твой бывший. Не признал, значит, соседушка?! Забыл совсем, каинова отрыжка, меня?! А внучков моих помнишь? Внучков-то чай не забыл? Кровинушек моих, вот таконьких...

Из под замызганного рубища вытянулась здоровенная багровая культя и застыла где-то в полуметре от мостовой. Килиан с ужасом следил за этим огрызком, признав в нем когда-то здоровенную руку соседа-кузнеца.

– Это ты?
– хрипло пробормотал он, пытаясь отступить назад.
– Но как же это так? Что с тобой случилось?

В ответ словно раздался взрыв. Страшный булькающий смех заполнил узкую улочку. Продолжая крепко держать Килиана здоровой рукой, Арат махал культей из стороны в сторону, будто приглашал еще кого-то присоединиться к его смеху.

– Узнал, наконец-то!
– с трудом сдерживая себя Арат.
– Вы посмотрите на это отребье, добрые люди! Это каинов огневик! Смотрите, смотрите! Это он и его братья сначала отказались нам помогать, а потом сжигали наши дома... Люди, всю мою семью сожгли! Всех до одного, а они же не болели!

Словно по мановению волшебной палочки, улочка заполнилась недобро гудящим людом. Сверкали глаза, оскаленные рты выкрикивали угрозы. Толпа предъявляла свой счет к магам к оплате - к оплате только кровью.

– Пустим ему кишки! Дайте его мне, мне!
– разноголосицей ревела толпа.
– Пусть узнает, какого было нам остаться одним. Бросили нас! Спрятались за высокими стенами от Черной смерти! Смерть!

"Все, - понял Килиан, чувствуя как его куда-то потащили.
– Затопчут". Он даже не пытался вырваться, а просто отдался на милость толпы. Одежда на нем трещала от многочисленных тычков и затрещин.

– Остановитесь люди, - негромко, скорее даже тихо, прозвучал на пути толпы.
– Остановитесь, пока не стало поздно.

Бушующий людской поток, мгновение назад бурлящий и клокочущий, затих. По инерции задние ряды еще напирали на передних и пытались прорваться, но это уже было не то. По толпе пошел шепоток. Еле слышимый, он скакал от одного к другому, в тот же момент, гася любое недовольство.

– Керн. Это сам Керн, - бежало вперед.
– Преподобный Керн... Единого дети. Преподобный Керн.

На пути толпы стоял странный старик, в котором Киилиан, к своему страшному удивлению, узнал Косту. "Что здесь к каину происходит?
– с недоумением пробормотал маг, продолжая висеть на дюжих проводниках.
– Почему его все слушаются?". Коста тем временем медленно подошел к нему и мягкими движениями отодвинул от мага сопровождающих. Здоровенные парни, на мясном рынке запросто кидавшие тяжеленые бычьи туши, дрожали от страха, когда их касалась узловатая ладонь.

– Идите, идите по домам, - ласково произнес он, обращаясь к толпе.
– Я поговорю с ним сам... Идите! И ты, Арат, иди со всеми!
– уже с некоторым нажимом говорил проповедник.
– Я буду молиться Единому за всех вас, чтобы он никого не оставил без своей милости.

– Но, как же так?
– заупрямился кузнец, раздвигая толпу широченными плечами.
– Это же он во всем виноват! Вот, посмотри на это!

Багровая культя взлетела вверх.

– Братья! А!
– кузнец, запнувшись на слове, неожиданно стал заваливаться назад, где его осторожно подхватили какие-то люди.