– Слушай, мы шли своей дорогой. Что стало с жителями деревни - не наша забота, мы оказались тут случайно.

– Мы все тут волей случайности, - отмахнулся Рик.

– Нам надо собрать запасов, и мы уйдем отсюда.

– Я пойду с вами, - бодро заметил наш новый знакомый.

Мы с Алексом переглянулись, но сразу стало понятно, что отговорить его не получится. Он один, а нас двое, но у него есть мачете, которое, как уже можно было заметить, рубит человеческую плоть словно масло.

Алекс коротко кивнул мне, давая понять, что пока стоит принять этот план действий. Я не знаю, что он задумал, но решила положиться на него. Пока что он меня ни разу не подвел.

Оставшуюся половину дня мы тщательно обыскивали каждый угол домов в поисках всего, что может пригодиться: еда, крупа, оружие, медикаменты, теплая одежда, спальные мешки. Удалось найти даже кусачки и снять с Алекса остаток его кандалов.

Мы вдвоем ушли в дальний дом в поисках чистой посуды и одежды. Надо было обновить гардероб Алекса, да и мне кое-что заменить не помешало бы. На замену старым кроссовкам пришли зимние полуботинки, которые сели как влитые. Совесть попискивала на задворках подсознания, что поступать так некрасиво, но я быстро пресекла ее стоны мыслями, что мне тоже надо как-то выживать.

– Рано с утра мы уйдем. Можно было бы уйти ночью, но сегодня мы почти не спали в подвале, а отдохнуть нам не помешает. Я не знаю, что он за человек, но лучше пока прикидываться друзьями.

– Последние дни выдались весьма тяжелыми. Мне кажется, я могу проспать целую вечность.

– Рано поутру мы соберемся свои вещи и уйдем. Поставь свой рюкзак как можно ближе и будь готова бежать, если вдруг что-то пойдет не так.

– Хорошо. Куда мы пойдем?

– На север.

Нам действительно требовался отдых после всего, что произошло, и совершать побег ночью равносильно самоубийству. К тому же, хороший сытный ужин заметно поднимет боевой дух и прибавит сил. Что может быть лучше тарелки вареного риса? Ответ до безобразия прост: две тарелки вареного риса.

На север? Боже, зачем нам на север, мы еще дальше будем уходить от Города. Я судорожно размышляла, что мы там найдем и как нам отвязаться от Рика. План Алекса был хорош, но вдруг что-то пойдет не так? Всегда что-то идет не так, не бывает все по плану, мы же не в кино. Рик вроде нормальный, но кошки в душе скребут так, что удивительно, почему другие их не слышат.

Мы останавливаемся на ночь в другом доме, куда заразные не заходили. Приготовив на ужин рис с консервированным мясом, мы наелись до отвала. Давно у меня не было такого райского ужина. Я позволяю себе немного расслабиться и раскинуться на кресле.

– Откуда здесь взялись заразные?
– спросил Алекс.
– Мы видели, как чистильщики сожгли всю деревню.

– Они ходят небольшими кучками, - отозвался Рик, ковыряясь в зубах.
– Они же тоже люди. Им, как и нам с вами, хочется жить, хочется кушать, пусть и немного времени у них осталось. Да, сложно поверить, но это действительно люди. Ну, или когда-то ими были.

Я заметила, что Алекс расслабился, то ли сытный ужин действительно способен творить чудеса, то ли он следует своей тактике.

– Они рычали как звери, - сказала я, вспомнив звук, когда Рик во всю мощь орудовал мачете над нашими головами.

– Ты как бы кричала, если бы я отрезал тебе ногу?

Такое сравнение мне ни в каком месте не понравилось.

– Я все-таки надеюсь, что ты не отрежешь мне ногу, - попыталась отшутиться я.
– Одноногая я вряд ли кому-то понравлюсь.

Рик снова рассмеялся, его смех покатился по дому, подпрыгивая на поворотах. Алекс прыснул в зажатый кулак, и уже спустя секунду мы все хохотали в голос. Давно я так не смеялась: открыто, не боясь быть пойманной и убитой. Я словно снова вернулась в детство, когда практически ничего меня не заботило, когда я еще не знала, что жизнь такое дерьмо.

Мне кажется, все дело в пережитом стрессе, когда ты нервно смеешься потому, что тебе необходимо выпустить эти эмоции, иначе можно точно крышей двинуться.

– Они же еще способны мыслить, думать и что-то решать?
– спросил Алекс, когда мы все успокоились. Чашки с заваренным крепким чаем грели мои ладони, а его терпкий вкус разливался по крови, как лекарство. На улице стемнело, и пошел снег, закрывая голодную землю.

– Я думаю, это зависит от времени, когда они заразились, - размышляла я, - если они больны уже год, то вряд ли стоит ждать от них связанной речи или узнавания старых знакомых.

Алекс кивнул. Рик отпил чай и поставил кружку на стол.

– Джо, мой приятель, говорил всегда, что они как звери. Вирус разъедает им мозг в области здравого смысла, они превращаются в чудовищ. Правда, постепенно. Поэтому на начальной стадии их еще можно назвать людьми, хоть и с черной кровью. Я рад ребята, что вы чисты, иначе бы пришлось и вас пришить.

Я смотрела в темноту за окном. Что-то странное крутилось у меня в голове, не желая складываться в отчетливую мысль.

Джо? Джо...Где-то это уже было. Мысль, до конца не сформировавшись в голове, улетучилась, оставив неприятный осадок, что я что-то упускаю. Что-то очень важное.