— Боже, я больше не могу! — Эстелла поднялась из-за стола. — Я хотела по-хорошему, хотела познакомиться с вами, как с будущей свекровью. И я ведь думала, что Данте преувеличивает, когда говорит о вас. Но теперь вижу, что он абсолютно и во всём прав. Вы бессердечная! Вы не имеете права говорить о боге, потому что бог — он в душе, а не в иконах и не на языке. Истинно верующий человек не кичится своей верой и не выставляет её напоказ. Он просто верит. А вы показушной набожностью прикрываете свою жестокость. Вы сами взяли Данте в свою семью, а теперь унижаете его, подчёркивая, что он вам не родной. Это ужасно! — и Эстелла ушла.

— Вот мерзость, — фыркнула Каролина. — Впрочем, он нашёл девку себе под стать.

— Мама, хватит! Я уже устал от вас! — рыкнул Клементе. — Вы испортили весь ужин. Вы довели Данте до ручки и оскорбили эту девушку.

— Не затыкай мне рот, Клементе!

— Боже, какой позор, — Гаспар, поставив локти на стол, упёрся лбом в ладони.

— Вот именно позор! — разглагольствовала Каролина. — Вы только полюбуйтесь на эту так называемую невесту! Вырядилась, как шлюха. Свадьба у них видите ли. Эта свадьба незаконна! Законная свадьба только в храме божьем. А за прочую ересь на костре сжигать надо! Это богохульство!

— Как мне стыдно, — добавил Гаспар тихо. — Бедная девочка наверняка подумала, что мы все сумасшедшие. И она недалека от истины.

— Что? — Каролина сощурилась, став похожей на гигантскую ящерицу. — Бедная девочка? Да что ты несёшь? Она мне хамила! Она вела себя, как хозяйка дома! Она надела платье с вырезом! Да она... она... — Каролина задыхалась от ярости.

— Однажды я отправлю тебя в Жёлтый дом, — просто сказал Гаспар. — Сначала ты добилась того, что наши дети не хотят нас видеть, потому что ты устраиваешь скандалы ежеминутно. Ты хоть заметила, что Данте смотрел на нас с ненавистью? Не заметила? А я заметил и думаю, он прав. Мы его обидели. Теперь ты и эту девочку от себя отвернула. Молодец, поздравляю! Неужели нельзя было просто порадоваться их счастью?

— Нечему тут радоваться! — Каролину нисколько не трогали слова Гаспара. — Она его околдовала, разве не видно? Я категорически против, чтобы он женился на этой подстилке! Пусть он нам не родной, но это не даёт ему право полоскать наше имя в помойной яме!

— Она не подстилка! — у Пии вдруг прорезался голос. — Она хорошая девушка.

— Стоп, я чего-то не понял, — удивился Клементе. — Ты же только сегодня утром уверяла, что она плохая и должна гореть в аду.

— Мы с ней поговорили, и я поменяла мнение. Она из высшего общества. Она аристократка. Знаете, кто она? Дочка алькальда! И она добрая. Она единственная, кто говорил со мной, как с нормальным человеком. Проклинаю, прости Господи, тот день, когда папе стукнуло в голову породниться с вашей семейкой! Папа с самого детства ломал мне жизнь. Он не позволял мне жить, как все другие девушки. Он сделал из меня забитую старуху в девятнадцать лет. А сегодня Эстелла раскрыла мне глаза. Она рассказала мне, как она жила до встречи с Данте. И знаете что: я бы всё отдала за возможность прожить такую жизнь! Но уже поздно. А всё потому что некоторые состряпали этот никому ненужный брак! А они женятся по любви. О, они будут счастливы, в отличие от всех нас! — Пия ушла, оставив всех троих родственников сидеть с открытыми ртами.

— Я тоже когда-то женился по любви, — в полной тишине сказал Гаспар.

Когда Эстелла вошла в комнату, Данте, стоя у раскрытого окна, упирался лбом в раму. Янгус сидела у него на голове и помахивала крыльями, удерживая равновесие.

— Милый, прости меня, — голос Эстеллы звучал виновато. — Это я всё придумала, но я не знала, что твоя мать такая... такая...

Данте молчал.

— Ты обиделся на меня, да?

Он отрицательно помотал головой — Янгус, недовольно зашипев, тюкнула его клювом в затылок. Эстелла обняла юношу. Почувствовала, что он плачет.

— Ну Данте, ты чего?

— Ничего. Я никогда, больше никогда не хочу видеть этих людей! Я же тебе говорил...

— Да, но я же не знала, что всё так.

— Теперь знаешь. Дело не в сегодняшнем вечере, а дело в том, что они мне неприятны. Неужели ты не понимаешь? — смахнув Янгус с головы, Данте повернулся к Эстелле лицом, переходя на задушенный хрип. — Они меня предали! Они меня впустили в свой дом, подобрали, как брошенную собачку. Я их полюбил, полюбил всем сердцем, а потом они меня выбросили из своей жизни. Грубо, пинком. Как ненужную вещь. Все люди предатели, я всегда это знал, но продолжал и продолжаю ещё на что-то надеяться. Лучше бы я тогда остался в «Ла Пиранье». Наверное, сейчас меня бы не было в живых, тот человек однажды убил бы меня. Но от него я не и ждал ничего хорошего, я знал, что он сволочь, и знал, что он меня ненавидит. А эти люди, я думал, что они хорошие, я им верил, а они вот так со мной. Это потому что я не соответствую их ожиданиям. Я не такой, каким меня хотят видеть, вот в чём проблема, Эсте. Чтобы меня полюбить, им надо сделать из меня кого-то, кем я не являюсь. Они не любят и никогда не любили меня таким, какой я есть. Наверное, потому что я сам себя таким не люблю, — и Данте разрыдался, уложив голову Эстелле не плечо. Эстелла, потрясённая этим потоком обиды, сама едва не расплакалась.

— Пойдём, — она повела юношу к кровати. — Давай ты ляжешь, а то ты совсем расклеился.

— Эсте, не бросай меня, пожалуйста. Хотя бы ты не бросай меня...

— Глупенький, — они сели на постель, — ты забыл, у нас же завтра свадьба?! Я уже никуда, никуда не уйду!

— Я больше не могу... Я больше не хочу быть один... Я хочу свой дом, я хочу, чтобы меня любил хоть кто-нибудь.

— Я тебя люблю, ты мне нужен, мой милый. У нас будет свой дом. И ты никогда больше не будешь один. Также как и я никогда больше не буду одна. Нас теперь двое!

Влюблённые уткнулись друг в друга носами. И Данте, вспомнив о своём договоре с Тибуроном, улыбнулся сквозь слёзы — колдун обещал сделать так, что их с Эстеллой не разлучит даже смерть. Завтра он отдаст этот гнусный перстень, сломавший его жизнь в тот день, когда он загадал желание избавиться от Сильвио и попал к предателям. Он отдаст его, отдаст в обмен на возможность быть с Эстеллой ближе, чем просто муж и жена. Они и вправду станут одним целым, и пусть весь мир катится к чёрту!

Комментарий к Глава 33. Бой-мама -----------------------------------