Ашот Мирзоян и Виталий Саблин сидели у окна возле маленького столика и азартно играли в блицшахматы. Оба так энергично хлопали ладонями по кнопкам часов, что бедный столик с раскоряченными металлическими ножками содрогался от каждого хода.

— A-а, созерцатель прибыл, — вяло отреагировал на появление Корина Ашот, лишь на мгновение оторвав глаза от шахматной доски. — Как пустыня? Все метет?

— Метет, — коротко ответил Корин, усаживаясь в одно из кресел рядом с широкоэкранным телевизором. — Чего звали?

— Командир предупредил, чтобы в двенадцать ноль- ноль все были в сборе, — ответил Саблин.

— Как предупредил? — опешил Корин. — У нас что, в номерах заработали телефоны?

— Стас предупредил, — объяснил Ашот. — Хороший он все-таки парень. А анекдотов знает — ого-го! И не изображает из себя жителя зоны вечной мерзлоты, как все остальные служаки из СБ. Я вчера одному из этих шагающих механизмов говорю: слушай, милый, сделай милость, смазывай суставы перед вахтой только машинным маслом, а то у меня мороз по коже идет от скрипа твоих мослов. Этот чудила отвечает: простите, мистер, но я работаю только на чистом сливочном. Все-таки хоть какой-то юмор, а?

Дверь в гостиную стремительно распахнулась, и Поплавский влетел в комнату. Это был двухметрового роста атлет со лбом Помпея и короткими вьющимися волосами. Его движения были по-спортивному точны и элегантны, в них чувствовалась немалая скрытая сила. В этом Корин мог убедиться во время злосчастной драки на Базе-2, когда командир «Дельты» показал себя отличным кикбоксером. Но сейчас хроноспасатели ждали от Поплавского отнюдь не умения работать мускулами.

Плотно закрыв за собой дверь, Владимир оглядел товарищей и неожиданно поморщился.

— Тьфу, как здесь накурено… Вадим, выкинь в сортир эту гадость!

— А зачем… — начал было возражать Асташевский, но, поймав суровый взгляд командира, встал с дивана и старательно затушил трубку.

Поплавский стоял посреди комнаты и, сложив руки на груди, терпеливо ждал, пока Асташевский закончит свой скорбный труд. Ашот тем временем торопливо ссыпал шахматные фигуры в ящик. Саблин спокойно сидел, прислонив широкие плечи к стене. На его круглом, добродушном лице можно было прочесть обычное: «Я же говорил, что командир вытащит нас из этого болота». А Корин почувствовал, как вопреки его воле сердце забилось быстрее. «Наконец-то!» — подумал он.

Выждав долгую паузу, Поплавский пододвинул к себе стул и, оседлав его, обхватил руками высокую спинку.

— Я пришел, чтобы сообщить вам пренеприятное известие, — произнес он без тени улыбки. — От нас уехал ревизор!.. Вернее, с Марса улетели все посланники ООН: и эмиссары, и следователи. Понимаете — все до единого!

Спасатели молча переглянулись.

— Все высшие чины Марса в шоке, — продолжил командир после выразительной паузы. — Комиссар Ван Гельд так разводит руками, словно поймал двухметровую акулу. Его, мол, никто не предупреждал, и он ничего не знает и ни о чем не ведает. Врет, конечно. Но сегодня мне удалось встретиться с одним очень надежным человеком, который рассказал такие вещи, что даже мои вьющиеся волосенки разом стали дыбом.

— Ну, не тяни, Володя, — пробасил Асташевский. — Давай уж, начинай с самой паршивой новости!

Поплавский покачал головой.

— Нет, ее я оставлю на закуску, иначе кое-кто из вас сразу подавится… Начну с того, что марсианский город снова исчез! Похоже, за эти два месяца хронобашни периметра привели в порядок, а затем с их помощью вновь утопили развалины в глубинах времени. А знаете, почему? В земных газетах то там то здесь стали появляться фотоснимки этого города, сделанные астрономами разных стран. Потихоньку начал разгораться скандал, и его надо было срочно погасить. Теперь астрономы остались в дураках, а их умные коллеги только посмеиваются и вовсю громят в газетах авторов «лженаучных сенсаций».

— Та-а-ак, хорошая новость… — задумчиво протянул Ашот. — Без нее я как-нибудь прожил бы. Выходит, никакого мальчика и не было? А как же старатели Мелвилла?

Поплавский невесело усмехнулся.

— До сегодняшнего дня я тоже так думал. Но оказалось, что этих парней отпустили по домам, взяв подписки о невыезде. Мол, чтоб к началу следствия все были в Нью-Йорке как штык! Однако когда следствие все-таки сдвинулось с мертвой точки, никого из бывших старателей разыскать не смогли. Все словно в омут канули. Теперь-то следователи ООН локти себе кусают, но как-то не очень натурально.

Корин вдруг почувствовал, что у него в горле мигом пересохло.

— Но… — прокашлявшись, выдавил он. — Ведь остался еще один, главный свидетель…

Поплавский погрустнел.

— В том-то и штука… Как вы знаете, нашу всеми обожаемую Царевну повезли на Землю под присмотром аж троих эмиссаров ООН еще полтора месяца назад. Вблизи орбиты Луны что-то произошло с маршевым двигателем… Такие вещи порой случаются. И как в такой ситуации должен был поступить командир корабля?

В гостиной воцарилась тишина. Наконец Асташевский, вид у которого был на редкость обалдевший, сипло произнес: