– Ты-ы не ки-иса, - плакал Серёжа.
– Я тебя боюсь.

– Не надо.
– Рези в седьмоке прошли, и я смягчилась.
– Не бойся. Только руками меня не трогай, ладно?

Мальчик, шмыгнув носом, кивнул, и я почувствовала, как спадает его страх и растёт новая эмоция - огорчение.

– Ты что, жалеешь, что я оказалась не этой твоей кисой?
– догадалась я (ведь я же очень умная исследовательница, потому и приобрела такую широкую известность в нашем мире).

Серёжа снова кивнул.

– Но почему?
– поразилась я чудаковатым эмоциям аборигена.

– Потому что Волшебная Киса может отвести меня к Деду Морозу!

– А кто это?
– поинтересовалась я, и мальчик, потрясённый моим неведением, выпучил глаза и затараторил про своего Деда Мороза, позабыв и страх, и огорчение.

Резюмируя его не слишком гладкую и последовательную речь, объясню вам, что Дед Мороз - это такое доброе существо, способное один раз в году (аборигены нижнего мира так время делят) принести в дар всё что угодно.

– Так зачем тебе к нему идти-то?
– не поняла я, потому что из рассказа Серёжи выходило, что для получения подарка надо только хорошо себя вести, слушаться маму и сообщить ей, что тебе нужно.

– Я хочу попросить у него другой подарок!

– Ну так скажи об этом маме!
– предложила я, строго следуя логике, как и полагается мудрой

учённице.

– Я не могу, - грустно ответил Серёжа.
– Она меня больше не слышит. Но я знаю, что Дед Мороз принесёт мне радиоуправляемый вертолёт, а я теперь уже не хочу вертолёт, я хочу, чтобы мама ко мне вернулась!

– А почему мама тебя не слышит?

– Не знаю, - мальчик пожал плечами.
– Меня и дворник не слышит, я с качелей упал...

– С каких ещё качелей?
– спросила я, озадаченная столь мудрёным хитросплетением причин и следствий этого дикого нижнего мира.

– Вот с этих!
– Серёжа махнул рукой.

Я посмотрела в ту сторону и увидела неподалёку металлическое сооружение с подвешенной посередине доской - это и были качели, но самым интересным оказались вовсе не они, а стоявший на дороге ещё один абориген нижнего мира.

Чем же он был так интересен?
– спросите вы, и я с удовольствием удовлетворю ваше любопытство: тем, что при взгляде на него я наконец-то поняла, почему нас с мальчиком не постигла мгновенная смерть от пересечения лёгкой и тяжёлой предельности!

Дело в том, что абориген на дороге не двигался, ну, то есть двигался конечно, только - как и полагается обитателю самого нижнего мира - крайне медленно, настолько медленно, что я, создание высшей лёгкости, смогла бы это заметить, только если бы глядела на него, не отрывая седьмока, в течение целого светлого цикла. Я повернулась к Серёже - он сидел на снегу в окружении тенёчков. Похоже, он только сейчас заметил их сотканные из влажного тумана тушки и тихонько щекотал им спины. Тенёчки тихо попискивали от удовольствия и уже были не против того, что мальчик сидит прямо в их гнезде.

– Ты не принадлежишь к этой тяжёлой предельности, - сказала я.
– Кто ты?

– Я Серёжа, - мальчик перестал гладить тенёчков, посмотрел на меня с испугом и добавил: - Соколов.

– Как ты попал сюда, Серёжа Соколов?

– Я сильно-сильно раскачался, случайно упал и очень больно ударился обо что-то головой.

– И что? Расскажи, что было потом!

– Ну... потом... потом я увидел маму! Она сидела неподвижно с приклеенными слезами... А я лежал на кровати. Я сказал "Мама!", а она не ответила, я ещё что-то сказал, но она даже не пошевелилась. Тогда я встал и увидел, как я лежу на кровати с трубками во рту. Я кинулся к маме, но не смог до неё дотронуться и вдруг почему-то оказался сзади, а мама ко мне даже не повернулась... Я очень испугался, побежал к двери, и вдруг оказался здесь, в нашем дворе. Я подошёл к дяде Мише-дворнику, - мальчик показал на аборигена на дороге, за качелями, - но он, как и мама, совсем не шевелится и ничего не отвечает...
– Серёжа снова заплакал.

Тенёчки плотно прижались к нему, жалея. Их тушки мгновенно развеяли его боль по округе, мальчик быстро успокоился и продолжил:

– Я сел и стал смотреть туда, - он показал пальцем, и я увидела через дорогу высокое застеклённое строение, а перед ним - два небольших зелёных дерева, увешанных яркими шарами и огнями.
– Я посмотрел на ёлочки, вспомнил про Новый год и подумал про Деда Мороза. Как было бы здорово найти его и попросить, чтобы вместо вертолёта он вернул мне мою маму!

Ну, остальное-то вы, наверняка, помните: перед Серёжей появилась я, и он решил, что я - Волшебная Киса, которая знает, где живёт Дед Мороз.

И вот тут, прежде чем излагать историю дальше, позвольте вам кое-что объяснить, дабы с присущей мне прозорливостью предупредить ваши вопросы и, возможно, осуждение. Прежде всего я хочу честно сознаться, что мой острый ум учённицы, равно как и многоцикловый опыт путешественницы, а также намётанный глаз исследовательницы говорили мне, что Дед Мороз этот - чистейшая выдумка, и что не может он приходить откуда-то из другой предельности, чтобы награждать послушных детей нижнего мира подарками. Но... понимаете... этот Серёжа... он смотрел на меня такими глазами! Да ещё эти тенёчки так и жались к нему, едва успевая развеивать по ветру боль и то и дело выстреливая в меня её разрядами... И слёзы мальчика... они были такими кристально прозрачными... а печаль его была так чиста и глубока...