спину, плечи, мускулистые руки и просто не смогла сдержать желание и не прикоснуться

к его спине.

Он дернулся от ее прикосновения и стремительно перекатился на спину. Она

наблюдала за тем, как выражение тревоги сменилось растерянностью, а затем постепенно

61

на смену этому пришло понимание, а потом вновь стремительно сменилось

растерянностью. Он сделал глубокий вдох и несколько раз сморгнул.

— Черт возьми. Прости... я не хотел... черт, прости меня, — он сел, чуть вздрагивая.

Наслаждаясь тем, что он пребывал в замешательстве, и тем, что у него все тоже

саднило, это было видно. Она дала ему пару минут, чтобы прийти в себя.

— Если ты пытаешься извиниться за то, что ты все еще тут, то не стоит, все

нормально.

Он потянулся рукой и нежно погладил ее предплечье, где виднелся бордовый

воспаленный синяк, который был в виде отпечатка его руки и пальцев.

— Может, есть что-то, за что мне еще стоит извиниться?

Она протянула руки и погладила его шею и плечо, где виднелись следы от укусов.

— Кажется, мы стоили друг друга.

— Черт, Спорти. Не хочу показаться тебе чересчур милым, но я не думаю, что когда-

либо трахался так. Ты точно нечто большее.

Она поднялась на ноги и улыбнулась, его мысли идеально совпадали с ее. Лилли

старалась двигаться так, чтобы не потревожить свое тело. Она подумала, что сегодня

будет тот день, когда она пропустит свои каждодневные тренировки. Девушка провела по

волосам пальцами и собрала их, закрепляя резинкой, что была на ее запястье, в хвостик.

— Ты хочешь завтрак? У меня есть яйца и бекон. Тебе же нравится обжаренная с

двух сторон яичница?

Она прошлась по комнате в поисках своих вчерашних трусиков и маечки, затем

вспомнила, что оставила их в гостиной.

Исаак приподнялся, откинувшись спиной на спинку кровати, и посмотрел на нее

таким взглядом, который она даже не хотела истолковывать.

— Было бы здорово. Спасибо, и да. Я люблю яичницу, обжаренную с двух сторон.

Ты не против, если я приму у тебя душ?

— Моя вода — твоя вода.

На этих словах она развернулась и направилась прочь из комнаты, будучи при этом

полностью обнаженной.

~oOo~

Он подошел к ней сзади, пока она жарила бекон.

— Надеялся, что найду тебя здесь обнаженной, — проговорил он.

Она рассмеялась.

— Именно так и происходят несчастные случаи во время готовки.

На ней были надеты трусики и футболка, которые она отыскала в гостиной.

Оборачивая ее хвост вокруг своего кулака, он нежно принудил ее наклонить голову

и поцеловал в шею. Этот действие было одновременно милым и собственническим,

поэтому она бросила на него лукавый взгляд. Он же только улыбнулся и отошел в

сторону, чтобы налить себе кофе.

Он был полностью одет, за исключением жилетки, его влажные волосы были

собраны в хвостик, он стоял и смотрел через стеклянные двери, с кружкой кофе в руке, в

то время, пока она заканчивала готовить завтрак. Когда она поставила тарелки на стол, он

развернулся и присоседился к ней.

Они ели в тишине большую часть завтрака. Когда Исаак макал в остатки желтка из

обжаренной с двух сторон яичницы кусочком хлеба, он проговорил:

— Тебе стоило бы пойти со мной сегодня вечером к Таку. Ты танцуешь?

Она была удивлена.

— А ты?

Он рассмеялся.

62

— Ну, вот опять, недооцениваешь меня. Да, я танцую. Но я спросил тебя, танцуешь

ли ты?

— Ты что приглашаешь меня на свидание? Разве город и так не превратился в

сплошное поле для сплетен?

— Детка, они уже начали бить в свадебные колокола, когда я привел тебя на завтрак

к «У Мари». Я не вожу на завтрак тех, с кем трахаюсь. Нет ничего такого, чего мы уже не

можем сделать, чтобы еще больше накалить уже циркулирующие сплетни. Ну, за

исключением того, если ты не залетишь от меня, но я не собираюсь делать этого.

Разговор принял оборот, которого Лилли совершенно не ожидала. Вообще, все утро

было чертовски странным.