ладоней, в ответ она сжала его лишь сильнее, до того момента, пока он не издал стон.

— Я просто хотела принять по-быстрому душ, пока ты спал, — она задохнулась,

когда он рукой проскользнул между ее ног, а пальцы нашли ее лоно, проникая в него. От

прикосновения его мозолистой ладони к ее клитору она ощутила слабость в коленях,

тогда он приобнял ее другой рукой, притягивая ее поближе к себе.

— Почему?

С его пальцами, которые непрерывно проникали в ее лоно и ладонью, которая

потиралась о ее чувствительный клитор, она испытывала достаточные затруднения в том,

чтобы четко выразить свои мысли, при этом она не забывала поглаживать его член. Лилли

125

старалась вспомнить, какого хрена она так хотела немного личного пространства в душе.

Почему она не сказала ранее? Так много почему и так много переполняющих ее

ощущений. Поэтому она просто сказала первое, что пришло на ум.

— Иногда мне нравится принимать душ одной.

И почему ей было так сложно проговорить это?

В тот же миг он прекратил ее ласкать, и ей показалось, что она ранила его чувства.

Ох, вот почему ей было так сложно сказать это ему. Она несмело подняла взгляд; он

улыбался.

— Спорти, я тебе слишком надоедаю? Почему не сказала этого раньше? — он

вытащил пальцы и убрал свою руку, она всхлипнула и сжала в ладонях его член только

сильнее.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? — его голос прозвучал с ноткой озорства, хриплым

шепотом, который она ощутила даже своим позвоночником. Иисус, этот парень был

словно наркотик.

Она начала поглаживать его член только сильнее, прижимаясь лбом к его сильной

широкой груди, в то время, пока ласкала его.

— Ну, по крайней мере, не сейчас. Но иногда мне просто хочется зайти в ванную,

принять душ, выйти и начать свой день

Она увидела, как желваки на его челюсти, скрытой бородой, дернулись от

напряжения перед оргазмом, и отпрянула от него. Он издал звук и шагнул вперед,

располагая ладони на задней стенке душа, заключая ее в клетку своего тела, между его

сильных рук.

— Должен тебе сказать кое-что, Спорти. Я смог бы тебя оставить одну не больше,

чем на пару минут, — последнюю пару слов он произнес, сопровождая тяжелыми,

мучительными вздохами. Наблюдать за ним, изнывающим в предоргазменных мучениях,

было почти так же восхитительно, как и видеть его, испытывающего освобождение. Когда

удовольствие было только для него, он стремился к нему, вместо того, чтобы отталкивать,

как когда он находился в ее теле.

Он был уже близко, издавая стоны каждый раз, когда она поглаживала ладонями его

член. Она чувствовала, как его яйца подтянулись и напряглись, и в этот момент она

опустилась на колени, удивляя его. Она обхватила его член губами, всасывая его так

глубоко, как она только могла. Он сразу же кончил, выкрикивая ее имя и ударяя кулаками

по задней стене, в то время как она проглатывала все, что он дал ей. Это было так

эротично и невероятно чувствовать, какую власть она имела над ним, совершенно не

задумываясь, оплатит ли он ей тем же.

Но он отплатил.

~oOo~

Позже, когда они убирали все после завтрака, — они вошли в привычный домашний

ритм, в котором они проводили каждую ночь, — неспешно передвигаясь вокруг друг

друга, в то время как они избавлялись от остатков еды, мыли и споласкивали, затем

вытирали тарелки. Внезапно Исаак остановился в дверном проеме кухни, резко хватая ее

за талию.

— Поехали со мной на выходные в Талсу.

Это застигло ее врасплох. Она даже не подозревала, что он планировал поехать на

выходные в Талсу, а выходные начинались уже завтра.

— Что? Зачем?

Он заправил локон ее волос за ухо и склонился, чтобы оставить поцелуй на ее шее.

— По двум причинам: мне необходимо сделать кое-какие дела для клуба. И мне

предоставили палатку на художественной выставке, которая будет проходить в эти

выходные. Ты могла бы со мной представлять мою палатку, малышка. И я не хочу