– Спасибо, доктор, - улыбнулась Шаманка. – Но нам пора.

***

А в РОВД их ожидал сюрприз. Стоило Максу и Шаманке подойти к своему кабинету, как навстречу им рванулась… Максу сначала показалось, что молодая девушка, настолько она была ярко и вызывающе одета. И только когда «девушка» подошла поближе, он разглядел истинный возраст женщины - лет сорок пять, а может и все пятьдесят. Нет, фигуру дама сохранила безукоризненную - тонкая талия, длинные ноги в красных сапожках на немыслимых каблуках, вполне себе подтянутая грудь… И белокурые волосы были роскошными и густыми, и яркая косметика умело подчёркивала достоинство лица, и короткая юбка дамы взоры окружающих отнюдь не устрашала, но… Возраст - штука безжалостная, всегда найдёт, как вылезти.

В данном случае это выражалось в шарфике, изящно обмотанном вокруг шеи, который дама то и дело поправляла, в суховатых кистях рук – с безупречным, впрочем, маникюром, в изящных… но немного костлявых коленках, в изгибе, несомненно, силиконовых губ. И, в особенности в выражении глаз, которое выдавало не наивную девицу, а опытную даму, много, хорошо и разнообразно пожившую на этом свете.

– Это ведь вы ищете убийцу моей Оленьки? – крикнула женщина, бросаясь к Максу и Шаманке. – Плохо ищете! Оленька! Моя бедная девочка! Почему я узнаю об её смерти так поздно?

И дама, трагически запрокинув голову, достала из сумочки крошечный белоснежный вышитый платочек с монограммой и прижала его к глазам – несколько картинно, но с явно отработанной сноровкой, явно ожидая, что её возьмут под локоток, будут утешать…

Однако, Макс с Шаманкой ехидно переглянулись. Утешать явно бутафорящую гражданку не особенно хотелось, но желание узнать наконец-то личность убитой девушки пересилило. Поэтому Макс отпер дверь, поддержал даму под локоток и галантно сказал:

– Ну, зачем же такие вопросы решать в коридоре? Пройдёмте в кабинет, мы с удовольствием побеседуем со столь очаровательной дамой.

Платочек мгновенно исчез, женщина немного кокетливо улыбнулась и оценивающе скользнула взглядом по фигуре Макса. Самому Максу в этот момент показалось, что его раздели донага, осмотрели и потрогали со всех сторон, признали, наконец, годным к употреблению и поставили в знак этого фиолетовую чернильную печать – как на туше на рынке. Неприятное ощущение.

Поэтому, устроив даму на табурете, Макс уселся за стол напротив и ласково попросил Шаманку принести гостье кофе. Каким взглядом его смерила боевая подруга – лучше не спрашивать, но за кофе к автомату Шаманка всё же отправилась, совсем не собираясь варить странной визитёрше кофе самолично. Вот ещё. Не заслужила.

Между тем, женщина заявила:

– Я видела этот ужасный репортаж. Убитая девушка – моя дочь – Ольга Михайловна Петухова.

– Вы опознали её только по внешнему виду? – спросил Макс. – А какие-то особые приметы сообщить можете?

– Ах, Боже мой, какие там приметы? – удивилась женщина. – Девушка, как девушка… Кстати, она была беременна?

– Да, - кивнул Макс.

– Значит, это точно Ольга, - удовлетворённо кивнула женщина.

– Кстати, - ввернул Макс, - простите, что не представились. Всё было несколько внезапно. Меня зовут Максим Генрихович Траубе, моя коллега – майор Галина Александровна Шаманова. С кем имеем честь беседовать?

– Майя Трубецкая, - ответила женщина. – Я актриса. Проживаю в Соседнем Городе. Ведущая актриса тамошнего театра, но сейчас нахожусь в творческом отпуске. Здоровье, знаете ли, подорвано годами служения Мельпомене… Слава – это так утомительно…

Макс покивал, делая титаническое усилие, чтобы не заржать. Если госпожа Трубецкая и служила в театре, то вряд ли поднималась выше ролей «Кушать подано», настолько явно она переигрывала. Однако мысль о несчастной девчонке быстренько заставила взглянуть на это дело с другой стороны, и Макс понимающе вздохнул:

– Да, я понимаю, вы воистину творческая натура. Дочь проживала с вами?

– Нет, - ответила Трубецкая. – Оленька жила и работала в Городе, у меня бывала наездами.

– Простите, Майя, - вмешалась Шаманка, принесшая из автомата двойной эспрессо и поставившая кофе перед Трубецкой, - вы, вероятно, перенесли в молодости немало лишений?

– С чего вы это взяли? – удивилась Трубецкая.

– Наши эксперты выявили у Ольги признаки перенесённого в детстве рахита, переломы ключиц и трещины рёбер. Проще говоря, в самом нежном возрасте вашу дочь плохо кормили и много били, - быстренько вошла Шаманка в привычную роль плохого следователя. – Кстати, сейчас придёт эксперт и возьмёт у вас ДНК для экспресс-анализа… Так что там было в детстве с вашей дочерью, а Майя?