Я смотрю вниз на совершенство ее лица и провожу рукой по ее блестящим

рыжим волосам. Мягкие пряди льнут к моей руке. Я не хочу уходить. Хочу остаться здесь,

похороненным в ней навсегда.

Я не хотел засыпать, но сладкое ощущение от того, что Лана находится в моих

руках, было лучше любого успокоительного. И поддался сну. Я вырос в семье, где ночь

приносила насилие; я боялся ложиться спать. Сейчас, когда я стал взрослым, то до сих пор

во время многих ночей мне приходится полагаться на круглую таблетку снотворного,

чтобы делать то, что мое тело должно делать естественным путем.

Когда я просыпаюсь, Лана все еще лежит на моей груди и крепко спит. В тусклом

свете рождественской елки я вижу, как ее густые черные ресницы отбрасывают тени на

щеки.

Я осторожно кладу ее на спину и встаю на колени, прежде чем подхватить на

руки крошечное тело. Она в полном изнеможении и даже не шевелиться, когда мы

направляемся в ее спальню, и когда я кладу ее на простыни. Устраиваюсь рядом с ней и

подпираю голову одной рукой, чтобы наблюдать за каждым подъемом и падением ее

груди. Так удивительно – находиться рядом с ней.

Смотрю на часы на ночном столике: четыре утра. Я никогда раньше не проводил

столько времени с женщиной. Я никогда ни с кем не спал и не обнимался течение

нескольких часов. Мне это нравится, но я не уверен в том, что мне следует быть здесь,

когда она проснется. Ей явно нужно время, чтобы обдумать то, что произошло, и я хочу ей

его дать. Мне тоже нужно подумать о том, что случилось. То, что я встретил Лану,

поменяло мою жизнь.

Я выскальзываю из ее постели, и исследую тонкие контуры ее лица.

– Спасибо, ангел, – провожу пальцами по ее щеке, испытывая нужду в

прикосновении к ней. – Скоро между нами не будет секретов. Я просто буду надеяться, что

ты останешься рядом, когда все откроется.

Глава 14

Лана

Дрожа, я зарываюсь глубже в кокон своего одеяла. Мне нужно встать и одеть

пижаму. Мне так холодно. Я никогда не сплю голой. От этой мысли, я распахиваю глаза, и

тут же закрываю, чтобы избежать яркого солнечного света, льющегося через окно.

О, мой Бог. Прошлой ночью у меня был секс с Заком. Где он сейчас? Он все еще

где-то тут? Я быстро оглядываю комнату, и натягиваю одеяло на голову. Я чувствую, как

горит лицо – я покраснела от смущения. Почему же? Я взрослая женщина. Могу

заниматься сексом с кем хочу.

Последнее, что помню: я лежу в руках Зака на полу в гостиной. Должно быть, он

перенес меня в постель. Я улыбаюсь. Как мило с его стороны.

Закрываю глаза, чтобы продолжить сон, но вместо него во мне разрастается

чувство стыда. Не могу поверить, что у меня был секс с кем-то, кроме Кристофера.

Почему я чувствую себя такой виноватой? Он не со мной уже больше года. Он ко мне не

вернется, и я не могу тосковать по нему всю оставшуюся жизнь. Наши отношения были

замечательными, пока не ухудшились, да и закончились они просто ужасно.

Мне всего двадцать три года. Я не буду вечно одна, но не уверена в том, что

готова быть с кем-то сейчас.

Пятнадцать месяцев назад

Поведение Кристофера становится все более причудливым день ото дня, и я не

знаю, что с ним происходит. Он со мной очень резок, у него постоянные перепады

настроения. Куда делся мой беззаботный жених? Только сегодня утром у нас была

ужасная ссора.

– Что случилось, Кристофер?– спросила я с мольбой в глазах. – Дорогой, скажи

мне, что тебя беспокоит. – Я положила руку на его плечо, а он ее стряхнул.

– Ничего, все было бы замечательно, если бы ты прекратила постоянно об этом

ныть.

– Ты вообще на себя не похож. И я ничего не придумываю, – я заплакала,

беспомощно поднимая руки в воздух.

Что-то не так, хочет он это признавать или нет.

–Я ухожу на работу. Сегодня вечером я останусь в своей квартире, – сказал он,