– Ну, ладно, - уступчиво ответил сын, но в глазах его зажегся хищный огонек, - может быть...

Каким стал бы единственный наследник фирмы, не шагни он в тот роковой день в непроверенный портал? Иногда светловолосый, ясноглазый Антишка заставлял отца вспоминать, что в роду у Ядвиги были и темные эльфы. В их семье потомственных мастеров-магов кого только не встречалось.

Первые земные поселенцы, прибывшие на Буян, смешались не только с местной нечистью, но и с перемещенными из других миров - среди колонистов катастрофически не доставало женщин. Почти все маги были выходцами из подобных семей. Может быть, Антимир пошел бы в тестя-оборотня, Леопарда Сергеевича, а может, и в старого женолюбца Вервольфа.

Когда началась охота на магов, дядька Вервольф исчез первым. Узнав об исчезновении супруга, тетка Геновефа очень горевала, но, когда прошли слухи о том, что Вервольфа видели живым и здоровым на Квесте, среди диких оборотней Чернолесья, в отчаянии вновь закопалась в могилу.

Василиск Петрович долго тосковал по чудаковатому, жизнелюбивому дядьке. В сказку о диких оборотнях он верил недолго: пока не начали исчезать и погибать остальные родичи. Началась охота на магов. Куда-то внезапно пропал тесть, затем дед. В собственном доме нашли убитым брата Ядвиги. А ведь и он был мастером не из последних.

Расследование, предпринятое оставшимися членами клана, ни к чему не привело. Следов, в том числе и магических, не нашли. А мастера, их семьи, дети продолжали исчезать и загадочно погибать. Василиск знал, что сейчас на четырех планетах системы из небольшого, но сильного клана мастеров-магов остались только они трое - одна семья. Конечно, неучтенных, не входивших в клан талантливых недоучек на Буяне оставалось великое множество - сказывался высокий магический фон, - но они почти не отличались от лишенных дара колонистов. Настоящая магия требовала раннего выявления, постоянной тренировки и тщательного обучения мастера.

– А о пропавших магах ты ничего не знаешь?
– прямо спросил посланника Сыромятин.

Глеб отрицательно замотал головой:

– Мне велено говорить только об Антимире. Воины не вмешиваются в дела магов.

– В самом деле?
– с сомнением переспросил Сыромятин, хотя версию о вмешательстве воинов отбросил уже давно. Ни воинам, ни стражам с магами было не совладать

– Что тебе до магов? Разве тебя не интересует сын? И нам известно, где его найти, - приведя последний убийственный довод, гость заторопился, собираясь уходить. Присутствие Изольды выбивало его из колеи.
– Мы будем ждать ответа три дня, - бросил посланник, уходя.

Сын, Антимир! Василиск Петрович задумался. Чутье подсказывало, что известие о сыне опасно, похоже на ловушку - ведь Антимир исчез очень давно. Но воин не ошибался - приманка была хороша. Нависшая над магами угроза пока обходила семью стороной, и Зоську, несмотря на все выходки юной ведьмы, Сыромятины обожали, но... Приемная дочь - это все же не сын-наследник.

– Думаешь, врет?
– взволнованно спросила Ядвига, отрывая мужа от раздумий.

– Да нет, - неохотно отозвался Василиск Петрович. Он обладал хоть и небольшим, но надежным чутьем на ложь.
– Во всяком случае, он, похоже, верил в то, что рассказывал. Отморозок, - мастер пожал плечами.

– А!
– жена поняла. После восстановления отморозки сохраняли прежний характер, но приобретали новую особенность - безграничную покладистость и доверчивость. Они верили всему, что им говорили. Прислать отморозка в качестве переговорщика означало открыто признаться в том, что желаешь что-то скрыть. Но после трехсот лет войны кланов, никто, собственно, и не ожидал от противников безоговорочной правды.

– Скорее всего, у них где-то припрятан антишкин клон, - продолжал рассуждать глава фирмы.
– Наверняка, созданный самими стражами как ловушка, в которую нас решили заманить.

– Но клон - это ведь тоже..., - Ядвига не стала заканчивать фразу, муж кивнул, поняв ее с полуслова. Да, клон - это тоже их сын, их славный милый Антишка, но - лишенный всякого магического таланта. По непонятным причинам, магические способности при клонировании терялись.

– Для меня магия не имеет значения, - твердо ответил Сыромятин.
– Это наш сын.

– И значит?
– Ядвига смахнула рукой невольно набежавшие слезы и нежно прижалась к мужу.

– И значит, мы начинаем свою войну, - подтвердил Василиск.
– Но спешить мы не будем.

Сыромятин не знал, что заставило его задать в ту минуту дочке случайный вопрос, за который он позже долго благодарил богов:

– Так что, Зося, - зачем-то спросил он.
– Ты, значит, узнала этого отморозка?

– Какого?
– удивленно спросила приемная дочь.

– Ну этого, Глеба, - терпеливо ответил Василиск.
– Который сейчас приходил.

– Этого?
– с возмущением ответила Зоська.
– Ничего подобного! Никогда его раньше не видела. И не морозила!

– Ты уверена?
– Василиск Петрович насторожился. Изольда обладала свойством запоминать все свои жертвы и ошибалась очень редко. Сам он, размораживая множество несчастных, совершенно никого не запоминал.