Момент истины, то бишь утро на кухне, наступил слишком быстро. Казалось бы, только глаза закрыл, и вот уже орет будильник. Одновременно с сознанием проснулось и тело, оповещая о боли сразу в нескольких местах. Кряхтя, как старик, я поднялся и стал натягивать штаны одной рукой, ощущая себя столетней дряхлой развалиной. В дверь тихонько постучали.

– Антон, тебе помочь одеться? – спросила с той стороны Влада. – Только честно!

– Я справился, – проскрипел я в ответ, действительно умудрившись застегнуть ширинку самостоятельно.

Открыв дверь, увидел уже полностью одетую и свежо выглядящую Владу. И при этом никакого приторного запаха духов или другой косметики. Какая прелесть.

– Доброе утро? – Опять эта странная интонация превращающая пожелание в вопрос.

– Доброе. – Хотя по моим ощущениям так не особо.

Кивнув женщине, пошлепал босыми ногами в сторону санузла.

– Антон, не против, если я сварю кофе на двоих? Или предпочитаешь чай? – спросила она в спину.

В этом доме я варю кофе. Хотя… какая, к черту, разница, когда чувствую себя побитой собакой. Сейчас, наверное, я и на кормление с ложечки согласился, лишь бы лишних движений не делать.

Вылезая из машины перед управлением, я увидел Палкина и нескольких стажеров, дымящих на крыльце, и едва не закатил глаза, заметив, какой мерзкий взгляд он бросил в нашу сторону. Ну, сейчас начнется! Пока мы с Владой шли к входу, он что-то быстро сказал остальным, и все вместе взорвались явно злорадным громким ржачем. Весь внутренне напрягшись, я пошел чуть впереди Влады, прикрывая ее хоть немного от их откровенно похабных взглядов.

– Смотрю, ты, Чудо, своих баб уже по полной используешь, – хрюкнул Палкин, глядя в поисках поддержки на молодежь. – Не только ночью под тобой работают, но и днем подрабатывают личными извозчиками.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь, – огрызнулся я. – У меня баб, Палкин, нету, только женщины, причем приличные. Но ты все равно не поймешь, так как ни одна из таких в твою сторону и не глянет. – Подвинув здоровым плечом ближайшего стажера, я попытался пропустить Владу вперед, отгораживая при этом собой. Но ублюдок шутник шагнул, заступая дорогу женщине.

– Ни хрена себе, госпожа экстрасенша! Это ты его так в постели заездила, что он, убегая от тебя, навернулся и переломался? – кривя рот, пробухтел он, наклонившись к самому лицу Влады.

Напрасно он это сделал. Раньше чем я успел его отпихнуть, женщина вскинула голову и уставилась ему в глаза. Мгновенно я ощутил мощный поток ее силы, который, даже зацепив меня, можно сказать, рикошетом, стиснул легкие стальным обручем. Палкин побледнел и отшатнулся, но теперь уже Влада подалась к нему вплотную и что-то очень тихо прошептала на ухо. Свинячьи глазки Палкина стали размером с блюдца, и он стал пятиться, глядя на женщину с суеверным ужасом.

– Мне рассказать об этом всем? – недобро усмехнулась Влада, и в этот момент я прямо-таки не узнавал ее. Так, как будто наружу вышла совсем другая, темная и пугающая до икоты сторона ее личности.

– Нет-нет-нет, – затряс головой Палкин, становясь уже каким-то совершенно жалким созданием.

– Хорошо. Но, думаю, мы поняли друг друга, – царственно кивнула она и, оглядев всех, пожелала: – Хорошего дня всем!

С прямой спиной и гордо вскинутой головой она вошла в коридор и шествовала впереди меня, как настоящая королева. Но едва мы переступили порог кабинета, она будто сдулась. Сгорбившись, Влада почти упала на стул и уставилась перед собой остановившимся взглядом.

– Все в порядке? – спросил я, доставая нужные документы из сейфа.

– Нет, Антон, не в порядке, – тяжело вздохнув, ответила она. – Только что я напомнила человеку о самом унизительном моменте в его жизни. Так поступать недостойно, как и поддаваться злости.

– Влада, этот, с позволения сказать, человек сделал смыслом жизни унижение других. Так что не вижу ничего недостойного в том, чтобы ткнуть его носом в собственное дерьмо. Спускать нельзя.

– Невозможно кого-то ткнуть, как ты сказал, в дерьмо и самому не испачкаться, – невесело улыбнулась женщина.

– Ну, тогда оставь это в следующий раз мне. Хорошо? Мне пачкаться не привыкать.

Влада не ответила, продолжая сидеть, погруженная в свои мысли, пока я писал задание Василию и складывал все нужные бумаги.

– Так, все, я готов, – вывел я ее из этого состояния.

– В суд?

– В суд, госпожа личный водитель!

ГЛАВА 21

– Я наряд вперед послал! – отрывисто бросил Варавин, запрыгивая в этот раз за руль служебного УАЗика сам. – Звонили пацаны минут пять назад. Там задница просто. Средневековье, мать его! Давайте быстрее!