Краем глаза Михаил заметил резкое движение сбоку, не дожидаясь, пока тварь со своего прыжка упадет на щит, он сбил ее полет ударом своего оружия прямо по черепу. Мертвое тело продолжало лететь в сторону удара. С другой стороны еще один упырь решил взять его таким способом. Он приземлился на щит и повис на нем, пытаясь воткнуть в его шею рог, торчащий со лба. Не удалось. Миша сильным ударом щита об землю, переломал всю грудную клетку. Тело уже не шевелилось.

Малик в руке создал подобие ледяного ножа, и в тот момент, когда одна из тварей высунулась из травы, как бы говоря: «Ну вот она я. И что ты мне сделаешь?», он кинул острие прямо в глаз. Существо корчилось и вопило от боли, отчего впервые стали видны гнилые острые клыки в пасти. Потом из кустов вышло еще одно существо, отдаленно напоминающее предыдущее. В руках появилось новое ледяное лезвие, но кидать он его не торопился. Внимательно он разглядывал очередного упыря.

Скорее всего, та особь была мужской, эта явно женская и, возможно, они раньше были людьми. Стояло оно так же на четырех конечностях, очень низко прижимая тело к земле, бывшие руки и ноги торчали неестественно, вверх коленями и локтями. Кости конечностей стали длиннее. Сзади вместо привычной пятой точки торчал большой мешок наподобие того, что у пауков. В целом это создание отчасти было на них похоже. Лицо явно женское, правда, сейчас скорее звериное. Грязные, жирные волосы свисали до земли. Глаза были похожи на человеческие, но взгляд был дикий, звериный. Из пасти торчали клыки.

Пока Малик разглядывал новый вид демонов, сбоку на него напала еще одна тварь. Понял он это, только когда вскрикнула Света. Когтистые лапы тянулись к нему в полете. Малик схватил существо за руку. Упав рядом оно вопило, билось в конвульсиях, его тело постепенно замерзало. Другие и не думали ждать и кинулись, как только стала открыта его спина. По крику Светы он опять понял, что на них нападают. Одной рукой он держал еще не до конца заледеневшую тварь, другой создавал и кидал в их морды острые ледяные ножи. Одна упала сразу, вторая закричала и попятилась обратно, скрывшись в траве. Он повернулся к той, что держал, еще немного — и голова замерзнет. Еще одно лезвие — промазал, еще одно — попал в тело, упырь замешкался. Концентрироваться сразу на нескольких было сложно. Боль пронзила его ногу, он чуть не упал. Повернулся, лежащая перед ним тварь на последнем издыхании решила хоть что-то сделать и нанесла удар когтями в ногу. Через мгновение ее череп был расколот на ледяные кусочки каблуком Светы. Малик развернулся, чуть не упал из-за боли в ноге, Света подхватила его и придерживала, пока он кидал во все стороны ледяные ножи.

Кистень раскручивался, и каждый его удар сшибал все новую тварь. Их было слишком много, пока он бился с одной стороны, с другой уже кто-то лез на щит. Еще одна выскочила прямо перед ним, удар щитом — и обе полетели в сторону перевернутого автомобиля. Следом кистень сломал грудную клетку еще парочке проходящих. Снова раскручивает, отодвигает щит. Никого нет: «Как так? Я же… Сзади». Но сзади уже летело на его спину паукообразное чудовище, оно вцепилось в наплечники и оторвало их, дальше в ход пошла броня на руках. Рукой со щитом он схватил ее и бросил перед собой, огромная нога всем весом упала на рожу твари, до последнего пытающейся что-то сделать, перед смертью она все-таки смогла сорвать броню и с ноги. «Если так пойдет дальше, то… — злость переполняла Михаила из-за этого еще маленького поражения. — Их еще куча. А я потерял полброни. Малик ранен». Кистень раскрутился и сшиб одного, раскрутился — следом второго, третьего.

— Какое приятное веселье. Не правда ли, — упыри остановились на мгновение, потом убежали опять в траву. По дороге со стороны деревни шло нечто издающее приятный, трогающий до глубины души голос. Этот голос как будто отозвался в самом сердце, он притягивал и манил. Голос исходил от красивой, с презрением смотрящей девушки. Длинные волосы цвета золота развевались по голубоватому телу. Ее фигура была идеальна за исключением нижней части, она была от паука. Восемь лап были увешаны золотом. А на паучьем брюшке располагался большой ярко-красный крест.

— Ты еще кто? — Миша оглядывался вокруг, ожидая новой атаки.

— Некультурно так разговаривать с девушкой, тебя не учили? Я королева этих мест, и вы на моей территории, вам лучше уйти, — она говорила неспешно, выразительно, но не повышая тона. — Или можете стать моими подданными и обрести еще большую силу.

— Это наша земля, и мы не будем пресмыкаться перед тобой, я лучше размажу тебя, — Миша все больше злился. Он хотел уже кинуться на королеву, но тут же заметил упырей, высунувшихся из травы. Они не дадут к ней так просто подойти.

— Какая досада. Убейте их! — разом со всех сторон упыри ринулись на них.

Малик за это время успел передохнуть, он прислонил руки к земле и от них конусообразно в обе стороны пополз лед, замораживающий всё на своем пути. Упыри один за одним приковывались к земле, а затем полностью покрывались льдом. Миша, одной рукой размахивая своим кистенем, другой массивным тяжелым щитом сбивал по нескольку тварей. Света отбивалась ногами, периодически прячась то за одного, то за другого. Королева же спокойно наблюдала за происходящим.

Со стороны леса раздался жуткий звериный рык, в пылу схватки было уже трудно разглядеть, что за массивное существо там несется. «Этого еще не хватало», — так подумали все. Это существо раскидывало упырей в траве, части тел разлетались в стороны, слышны были звуки ломающихся костей. Малик приготовил два ледяных лезвия: «Промазать нельзя, если оно не за нас, это точно не человек, значит не за нас». Из травы с упырем в зубах вылетел огромный медведь, он промчался на скорости мимо ребят и направился прямиком к паучихе. Большая часть упырей двинулась за ним, на защиту королевы. Медведь кинулся на нее пытаясь разорвать, но получалось только царапать, королева отбивалась передними паучьими лапами. Со всех сторон на медведя кидались упыри, его шерсть и кровь разлетались в стороны.