Она подумала немного и произнесла:

— Это личное. Может быть, когда мы будем лучше знать друг друга…—

— Личное, значит.

— Это код — из-за парня—?

— Рук, сколько недель мы вместе работаем? Зная то, что ты знаешь обо мне, ты думаешь я бы сделала такой выбор из-за парня?

— Жюри будет игнорировать мой вопрос.

— Ну уж нет. Я хочу знать. — сказала она пододвигаясь ближе к нему.

— Сможешь ли ты изменить то, чем ты занимаешься ради женщины?

— Я не могу ответить на твой вопрос

— Тебе придется, я провожу допрос твоей чертовой задницы!

— Сможешь ли ты изменить то, чем ты занимаешься ради женщины? Я не могу себе этого представить.

— Ясно

— Но, — сказал он и остановился чтобы подобрать правильное слово, — ради той самой женщины? Мне хочется думать, что я сделаю практически все, что угодно.

Он выглядел довольным своими словами, и в подтверждение этому он отвесил ей поклон и когда сделал это, то приподнял свои брови. В этот момент Джейми Рук вовсе не был похож на отвязного путешественника с обложки глянцевого журнала, он был похож на ребенка, с иллюстрации Нормана Роквелла, такой же правдивый, без тени лукавства.

— Я думаю, нам нужен напиток покрепче- сказала она.

— Из-за этой темноты я мог бы ограбить магазин спиртных напитков. Кстати у тебя есть чулки? Я смог бы натянуть их на голову, если ты одолжишь!—

Её мини-бар на кухне вмещал в себя мерный стаканчик для приготовления Шэрри и бутылку персикового вина "Беллини", которое простояло на полке, казалось вечность и приняло цвет расщепляющихся ядерных веществ.

Ага! И еще пол бутылки текилы.

Рук направил свет и Никки поднялась из за ящиков холодильника, размахивая маленьким печальным лаймом, словно она поймала мяч Барри Бондса в комплекте с голограммой.

— Жаль у меня нет triple sec (ликера) или Куантро, мы могли бы сделать Маргариту.

— Я тебя умоляю! — , сказал он.

— Предоставь это мне—.

Они вернулись на диван и Рук, как в магазине, разложил на ее кофейном столике нож, солонку, лайм и текилу.

— Сегодня, класс, мы делаем Маргариту своими руками. Смотрите и учитесь.—

Он отрезал кусочек лайма, налил стопку текилы, затем облизал область кисти между большим и указательным пальцами и посыпал ее солью.

Он лизнул соль, опрокинул стопку и откусил лайм.

— Ух-да! Вот, что я имел в виду—, сказал Рук.

— Я научился этому у Десмонда Туту—, добавил он и она улыбнулась.

— Теперь твоя очередь—.

Одним махом Никки взяла нож, отрезала кусочек лайма, насыпала соль на руку и осушила стопку с текилой.

Она увидела выражение на его лице и сказала: — Где ты, черт возьми, думаешь я была все эти годы?

Рук улыбнулся ей, и начал готовить новую партию. Она наблюдала за ним и чувствовала как напряжение уходит с её больных плеч, и так сантиметр за сантиметром приходила беззаботность вместо состояния боевой готовности, которое было невольно принято в качестве образа жизни.

Но когда Рук все подготовил, он не стал делать глоток.

Вместо этого, он протянул свою руку ей.

Она посмотрела вниз на лайм и соль между его пальцами.

Никки не взглянула на него, она боялась, что передумает, вместо того чтобы принять вызов.

Она наклонилась к его руке, и вначале быстро коснулась её языком, но потом мгновение спустя она медленно слизывала соль с его кожи.

Рук предложил ей стопку, и она опрокинула её, сжимая его запястье в своих руках. Затем Никки откусила лайм, который он поднес к её губам.

Взрыв сока лайма очистил ее вкус, и, как только она проглотила, тепло от текилы распространилось из ее живота к рукам и ногам, наполняя ее роскошной невесомостью.

Она закрыла глаза и облизала свои губы еще раз, наслаждаясь привкусом цитруса и соли.

Никки вовсе не была пьяна, это было нечто другое. Она отпустила себя. Простые вещи люди воспринимают как должное. Впервые за долгое время она полностью расслабилась. В это время она поняла, что до сих пор держится за запястье Рука.

Он был не против.

Они не говорили.

Никки лизнула свою руку и посолила ее.

Взяла ломтик лайма.

Налила текилу.

И затем предложила свою руку ему.

В отличие от нее, он не стал отводить взгляд.

Он поднял ее руку, прикоснулся губами ощутив вкус соли и солоноватость ее кожи вокруг этого места, не отрывая при этом своего взгляда от нее.

Он опустошил стопку и закусил кусочком лайма, который она дала ему.

Они удерживали зрительный контакт, не двигаясь, расширенно играя версию своего момента на балкон Мэтью Старра.