Погода будто бы вместе со мной радовалась этому прекрасному дню. Ярко сияло солнце, а в голубом небе плавно парили летучие Окна Правды. Они были везде, с их экранов людям показывали рекламу, лозунги, восхваляющие Барстер, но чаще всего из Окон на обывателей смотрело лицо Главы Корпорации, с добрым, всепонимающим взглядом.

В парке было много детей. Они гуляли кто по одному, кто в группах, а кто со взрослыми. Держа папу и маму за руки, я шёл посередине, высоко подняв голову. Гордость за боевых родителей распирала меня.

Мы зашли в огромный стрелковый павильон, внутреннее пространство которого сверкало синими и голубыми цветами. Сразу за входом я увидел длинный ряд стоек. Зал был полон упражняющимися в мастерстве посетителями: детьми, взрослыми и пожилыми людьми обоих полов. Дождавшись, когда освободится одна из стоек, мы подошли к инструктору, коренастому мужчине лет шестидесяти с пышными седыми усами. Судя по ЛУНу, личному учётному номеру, он был бывшим Корпом.

ЛУН были обязаны носить все. Он помещался на правой стороне груди и на спине, активируясь от сигнала с Нейронной Метки. Номер показывал, кем является его владелец. Взглянув на ЛУН с помощью Всевидящего Ока, можно было узнать возраст, место проживания, профессию, должность - практически всю подноготную человека. Если кто-то вызывал подозрение у бдительных барстерцев или был замечен в преступлении, а тем более не имел на одежде учётный номер, об этом сразу же сообщали Стратерам.

–  Здравствуйте, мидкоммандер, - сказал инструктор, уважительно глядя на отца.
–  Вам, конечно, всё известно, но я обязан разъяснить основные правила.

–  Делайте свою работу, - с пониманием ответил отец.

–  Мы стреляем боевыми патронами. В этом зале используются голубые энергетические заряды. Если захотите поупражняться другими, то можете пройти в Зелёный павильон. Как действует голубая пуля... Попав в тело врага, она генерирует волны, которые разрушают внутренние органы. И ещё, запомните одно важное правило: ствол заряженного оружия нужно стараться держать строго по оси стрельбы. При отклонении более чем на сорок пять градусов оружие автоматически отключается. Если нарушение повторится больше двух раз, то вас дисквалифицируют и полгода не будут допускать ни в один тир Корпорации. Всё понятно?

–  Угу, - кивнул я.

–  Отлично. Что выбираете, энергетическое ружьё или пистолет?

–  Мне ничего. Я лучше полюбуюсь вашим мастерством со стороны, а потом как медик оценю успехи, - сказала мама.

–  А нам, пожалуй, дайте ружья, - подмигнул папа и обнял меня.

Инструктор достал оружие и положил на стойку два магазина с мерцающими голубым светом патронами.

–  Ух ты, настоящее...
–  прошептал я восхищённо и погладил блестящий корпус.

–  Здесь по двадцать патронов, - кивнул инструктор на магазины.
–  Как я понимаю, вам не нужно объяснять, что с этим делать?

–  Правильно понимаете, - утвердительно кивнул папа.
–  Справимся?
–  спросил он, хитро глядя на меня.

–  Ну, не знаю... за себя-то я точно уверен...
–  засмеялся я в ответ.

–  Ах ты, хулиган, - качая головой, улыбнулся отец.

Мне действительно было много известно об оружии. Я знал все типы снарядов и мог подробно рассказать историю создания почти любого ружья или пистолета за последние сто лет. Вставив магазин, я занял позицию у стойки и включил ружьё. На корпусе загорелась голубая полоска.

–  Можете начинать, - потеребив седые усы, произнёс инструктор и подключил дорожки.

На противоположном конце появилась цель - голограмма человека в форме бойца Великого Альянса. На таком расстоянии мишень казалась совсем крошечной. Хотя мне ещё не приходилось стрелять из боевого оружия, я много тренировался в виртуальном тире. Я прицелился и плавно нажал на спусковой крючок. Наши с папой выстрелы прозвучали почти одновременно. Фигурка на моей дорожке, корчась, упала.

–  Браво, очень неплохо. Обычно в первый раз все промахиваются. Сразу видно - сын Корпов, - сказал инструктор, хлопая меня по плечу.

–  Это точно, - гордо ответил отец.
–  Когда вырастет, станет великим воином. Не зря мы его назвали Викт'oр. Это означает - победитель, тот, кто принесёт победу нашему Барстеру.

–  Давайте посмотрим детально, - сказал инструктор и нажал на дисплей.

Подстреленные голограммы вздрогнули, понеслись в нашу сторону и около стойки замерли. Ноги и руки фигурок были раздвинуты в стороны, как на знаменитом эскизе да Винчи, который я видел в одной из маминых книг.

–  А почему голограммы сразу не появляются рядом с нами?

–  Не знаю, какая-то старая традиция...
–  Пожал плечами папа.
–  Ну и, наверное, чисто психологически, чтобы было видно, что это именно твоя цель...

–  Так. Что у нас тут?
–  сказала мама со знанием дела и подошла к папиной цели.

Внешних повреждений на голограмме видно не было. Мама активировала прозрачность и принялась крутить изображение в пространстве. Этот способ отображения результатов был более наглядным, чем какие-нибудь таблицы. В таком режиме просматривалось всё - кожный покров, кости, мышцы, внутренние органы. Меняя прозрачность тканей, можно было сконцентрироваться, например, только на внутренних органах.