Когда руки Алекса коснулись ее обнаженной спины, Марджи снова вздрогнула, но уже не от страха или холода, а от того, как бережно и ласково прикасаются к ней большие загрубевшие ладони "робинзона". Она поняла, что произойдет сейчас, и хотела, чтобы это произошло, тянулась навстречу мужчине.

Когда девушка вздрогнула и вскрикнула, Алеша наклонился и поцеловал ее в зажмуренные глаза:

– Извини. Я не знал, что ты еще...

Марджи открыла глаза и улыбнулась:

– Все о-кей, - ответила она.

– Ответ как в ваших фильмах.

– Заткнись и поцелуй меня еще раз!

Зная, что предстоящий день будет не лучше, если не хуже вчерашнего, и еще неизвестно, чем закончится, Марджи хотела взять как можно больше от этой ночи, подаренной им. В лес она шла, готовая вступить в схватку с островитянином, а сейчас они лежали в землянке, и, когда Алекс ласкал и целовал ее обнаженные плечи и грудь, Марджи захлестывала лавина неизведанных ранее чувств. Она прижалась к Алексу и впервые не стыдилась быть просто женщиной и не вспоминала тот далекий августовский день...

Алексею хотелось, чтобы эта ночь продлилась дольше, это было с ним впервые. На втором курсе он женился, но однокурсница выдержала только три месяца нескладного студенческого брака и предпочла вернуться из общежития к родителям на Измайловский. После этого Алеша несколько раз пытался завязать новые отношения, но каждый раз они очень быстро распадались, как плохо склеенная чашка, а после Афганистана он окончательно убедил себя в том, что не создан для совместной жизни и вообще, уединение лучше. У него были мать и брат, теперь остался один Павел. Леша был доволен такой жизни, не ощущая потребности в чьем-либо еще обществе. А сейчас ему очень не хотелось, чтобы Марджи ушла. Такая улыбчивая, синеглазая, с ямочками на щеках...

– Разбудишь меня, когда соберешься уходить?
– застегнув куртку, девушка закуталась в байковое одеяло.
– А как ты узнаешь тут время?

– По-всякому, - Алеша забрался в спальник.
– Летом по солнцу, ночами - по звездам... Да много способов есть, если освоишь хотя бы часть - часы и не понадобятся.

Он легонько погладил руку девушки.
– Отдохни, может, даже поспать сможешь.

Прогорели поленья в очаге, в дымоходе была хорошая тяга, но деревянная обшивка стен хорошо сохраняла тепло на всю ночь.

Марджи беспокойно ворочалась и бормотала во сне. Алексей спал спокойно и чутко. Лес безмолвствовал. Наверное, товарищи Марджи, тоже утомленные прошедшим днем, отдыхали в домике. Или не знали леса и не рискнули ночью, хоть и белой, ходить по нему. А ночь была очень светлой, какими бывают только июньские ночи над Ладожским озером...

ДОМ АЛЕКСЕЯ В ЛЕСУ

Чтобы заснуть, в домике пришлось плотно закрыть ставни. Так было значительно лучше, и вскоре уставшие после тяжелого дня люди спали. Похрапывали Кеннет и Павел, а Куолен раскинулся на спине, забросив руки за голову. Но Кристель заснуть так и не смогла, хоть и очень утомилась. Бурный день, который начался в Мурманске, а закончился в лесу возле озера, лишил ее сна.

Дом не имел комнат, только был разделен перегородкой на прихожую (она же кухня и столовая) и спальню.

В прихожей-кухне-столовой при свете керосиновой лампы сидел Телмар с сигаретой в зубах. Перед ним в эмалированном лоточке крючилось еще пять окурков. Бледное лицо и запавшие глаза брюнета говорили о том, что он тоже выбился из сил, но тоже потерял сон.

Кристель щелкнула зажигалкой, остановившись у открытой форточки. Некоторое время оба молчали.

– Она жива, - Телмар скомкал и бросил в открытую створку русской печи пустую пачку из-под "Лаки", купленную в запас еще в Москве.

Кристель вздрогнула от неожиданности, услышав его голос в полной тишине, и уточнила:

– Ты о Марджи?

Телмар кивнул:

– Да. Почему-то я так чувствую.

Девушка села на лавку у стола напротив Телмара. Она была немного знакома с ним; этот красивый самоуверенный парень из морской пехоты пытался за ней поухаживать и не особо расстроился, получив отказ. Порой поведение Телмара казалось Кристель слишком бесшабашным, так что его слова о любви к Мардж и предчувствии удивили девушку.

Кристель прислушалась к себе. Часто между лучшими друзьями возникает эмоциональная связь, и у нее сейчас было такое же ощущение, как у Телмара. Марджи не могла погибнуть, она очень сильная, жизнелюбивая. Кристель гнала от себя воспоминания о сведенной судорогой ноге Мэй на острове: "Марджи хорошо знает, что делать, если судорога схватила в воде, она сумела бы доплыть до берега, главное - не растеряться и не хлебнуть воды. На Нортоне Марджи победила в заплыве на скорость, хотя вода была еще холоднее, чем здесь!".