Сотовая связь, которая появилась в стране в это время, создавала сильную конкуренцию РАО «IT и связь» и под давлением рыночных законов монополия была вынуждена реформироваться и распасться на различные сектора деятельности. Были выделены из головной компании, а затем проданы огромные компании по производству программных продуктов. Именно так появились такие гиганты, как «1-А», «Цеховский и К*», «Гигант» и многие другие.

Но линии связи и телекоммуникаций государство решило оставить под своим контролем и создало ОАО «Галактика Мобайл», сфера деятельности которого охватывала всю страну. Именно в «Галактике Мобайл» и остался работать после реформы 1998 года Олег Самсонов и через годы добросовестной работы возглавил один из филиалов в Среднем Новгороде.

А дальше все произошло, как в кошмарном сне. Сначала была бесконечная смена руководителей «Галактики Мобайл», смена вслед за этим команд управленцев, борьба элит за влияние. Все это, в конечном итоге, привело к тому, что в высоких эшелонах власти компании практически не осталось профессионалов. На всех ключевых позициях работали так называемые «силовики». Это бывшие работники прокуратуры, МВД и ФСБ, которым стало мало того, что они контролировали к 2010 году почти все сырьевые сферы страны, и вот в сферу их интересов попала «Галактика Мобайл».

Уничтожив за 4 года правления этой компании все прежнее руководство, они добрались и до Самсонова. Ну, а дальше все, как приято – сначала намеки на плохую работу, прилюдный разнос на совещаниях, потом неудачные попытки возбуждения уголовных дел и в финале полная победа. Уж в чем-чем, а в устранении конкурентов методом подстав новый руководитель «Галактики Мобайл» был большой спец.

В итоге, после 5 месяцев отчаянной борьбы Олег Николаевич Самсонов оказался в СИЗО после очередной сфабрикованной своим руководителем подставы. Все попытки поменять меру пресечения, переквалифицировать статью обвинения не принесли успеха. Суды первой и второй инстанций ничего не дали, и Олег Николаевич спокойно дожидался отправки в «зону». Впереди еще были 2 судебные инстанции и Президентское помилование, но те 1 год и 9 месяцев, которые ему дал Ленинский районный суд города Среднего Новгорода уже к этому времени закончатся и в их целесообразности не было никакого смысла. Все это означало, что в любом случае через какое-то время Олег окажется в колонии строгого режима.

Вот именно в этот майский день, когда суд 2-й инстанции отказал Олегу Николаевичу Самсонову в его жалобе и появились впервые ОНИ. Случилось это 17 мая 2014 года. Вначале Олег не знал, что ИХ много и эта первая встреча в ночь с 17 на 18 мая была только с Первым.

То, что Олег услышал от Первого, было не просто вовремя, но и являлось именно тем, что данное время Самсонову было просто необходимо. Действительно, «Заряженная» силовая машина просто не давала ему шансов жить дальше. Ведь данное уголовное дело могло быть только стартом полного физического уничтожения Самсонова. Все это он осознавал и понимал. Поездка в «зону» строгого режима открывала впереди неизвестность с непонятным финалом.

У всех на глазах совсем недавно завершилась эпопея 12-летнего заключения бизнесмена Левартовского, одного из самых богатых людей России своего времени, были и другие примеры. Многие просто не возвращались.

Хоть ГУЛАГ в России ХХI Века официально не существовал, но та структура ФСИН, которая к тому времени сложилась, была по своей сути таким же механизмом уничтожения населения своей страны (в основном мужского), как и в сталинские времена. Разница заключалась только во времени исполнения приговоров, но результат был тот же. Человек, один раз попавший в места лишения свободы уже практически не мог вернуться к нормальной жизни на свободе и был исключен из цепочки создания материальных благ общества. Почти все, кто отсидел в России постсоветской истории либо долгое время не могли найти себе работу и вели паразитический образ жизни. Так или иначе, общество отвергало бывших «зеков».

Страну одолевали другие более серьезные проблемы, поэтому до заключённых дела никому не было. А ведь многие были невиновны, многие брали на себя чужие преступления, людей же просто ошибившихся и готовых исправиться и приносить пользу обществу было в разы больше, чем тех, кто выбирал для себя преступный мир главным смыслом своей жизни.

Конечно, уже никого не расстреливали, не было в тюрьмах былого беспредела, но своей сути это никак не меняло. Из 1 миллиона граждан страны, находящихся в местах лишения свободы, около половины заслуживали более мягкого или условного наказания, а еще сотни тысяч были осуждены за преступления, которых не совершали. Это были либо совсем невинно осужденные люди, либо совершившие одно преступление, но взявшие на себя еще несколько «висяков».

В целом вся система СИЗО, тюрем и колоний является большим бизнесом для тех, кто их содержит и контролирует. Только для этого и существует вся система судов, прокуратур и тюрем, чтобы постоянно пополнять количество заключённых. И чем их больше, тем лучше всем, кто делает на этом бизнес.

Чем больше осужденных наркоманов, тем больше можно принести в тюрьму наркотиков или чего-нибудь еще запрещенного. За каждые «ноги» (то есть за пронос запрещенных вещей в «зону») персонал исправительных или следственных учреждений изрядно получал кругленькую сумму. А плюс к этому различные магазины с просроченными товарами по завышенным ценам и использование заключенных в качестве бесплатной рабочей силы.

Отдельно можно описать деятельность так называемых «коммерсантов», которые спокойно почти на легальных условиях существуют в любой «зоне». Ситуация с отсутствием всего необходимого в местах лишения свободы, искусственное создание очередей и дефицита, ограничения в ассортименте пропускаемых в передачках товаров побуждают заключённых покупать у своих же «братьев по несчастью» необходимые для жизни товары по ценам, завышенным втрое. Особенно это характерно для курева и сладкого. Это те вещи, без которых не может обойтись ни один «зек».