Марина. Проституткой! (Смеётся).

Рублевский. Это тебе общество предлагает. А сама ты в душе кем бы хотела быть?

Марина. Принцессой Дианой.

Рублевский. Хочешь умереть молодой, но в короне?

Марина. Ой, нет! Я хочу быть живой принцессой!

Рублевский. Ну что ж, дерзай. До принцессы тебе так же рукой подать, как мне до китайского императора. (Жарову). Да, ваше положение не завидное, молодой человек.

Жаров (напряжённо). Что вы имеете в виду?

Рублевский. Ну как же… профессия есть, а удовлетворения никакого. Ни вам, ни публике. Да и денег, наверное, не платят.

Певчина. Да уж!

Рублевский. А за что платить, позвольте? Только за то, что он имел несчастье избрать эту профессию? Я бы не выдержал такого унижения…

Певчина. Матвей Ильич, как по-вашему, жаркое следует подогреть? Или холодное подать?

Рублевский. Жаркое под водочку. И оно должно быть жарким. Или я не прав?

Марина. Прав, Мотя! Очень жарким! Жарким, как ночь любви! (Смеётся).

Рублевский (Певчиной). Тогда… не сочтите за труд…

Певчина. Хорошо, подогреем. Юра, справишься?

Жаров. Конечно. (Уходит).

Рублевский. Извините, Танечка. Задел его самолюбие?

Певчина. Что это вы на него набросились, Матвей Ильич?

Рублевский. Набросился? Мы просто разговаривали. (Берёт графин с водкой, Певчиной). Водочки?

Певчина. Нет, не хочу мешать.

Рублевский (наливает Певчиной и Марине «шампанского», себе водки). Ничего, это закаляет.

Певчина. Или убивает. Всё зависит от натуры.

Рублевский. И правильно, наверное. Естественный отбор. Как у животных.

Певчина. Мы не животные, Матвей Ильич.

Рублевский. Ошибаетесь. Впрочем, не буду спорить. Мнение хозяйки дома свято. (Берёт рюмку). Ваше здоровье. (Выпивает). Танечка, и я вас покину на некоторое время. Мне надо срочно переговорить по телефону. Где можно уединиться?

Певчина. Сразу за дверью, направо – гостевая.

Рублевский выходит.

Марина. Танечка… можно вас так называть? Или обязательно с отчеством?

Певчина. Что, старовата?

Марина. Ну что вы! Хотя нам, молодым, сорокалетние иногда кажутся старухами!

Певчина. И на том спасибо.

Марина (засмеялась заливисто). Я опять сморозила, да? Рублик говорит, что я глупая, но красавица. Вы согласны?

Певчина. Рублик это… Матвей Ильич?

Марина. Ага! Так смешней, правда! Я моложе его на тридцать лет, представляете? Но я не жалею. Он такой заводной, ужас! Я до этого с одним байкером спала, так мне не понравилось. Руки прям ледышки… и вообще, трясётся на мне, как на мотоцикле по ступенькам. А Рублик, словно котик, ласкается… и такой придумщик! И потом он… импозентный мужчина.

Певчина. Импозантный.

Марина. Ну да. И богатый. Миниолигарх. Так вы согласны?

Певчина. С чем?

Марина. Что я красавица?

Певчина. Да, милая, с вашими молодыми формами вы неотразимы.

Марина. Правда?

Певчина. Ещё бы головку поправить.

Марина. Я хотела сделать сегодня причёску! Но Рублик сказал, с распущенными волосами сексуальней. А можно я с вами посекретничаю?

Певчина. То были ещё не секреты?

Марина. А чего тут скрывать. Всё так естественно.