— Артем, мне нужно отлучится на время.

— Что? Куда? А как же я? А полечиться?

— К девушке — Ладе, помнишь, я тебе вчера рассказывал о ней.

— Лада, Лада… Припоминаю, художница которая? А что произошло?

— Она самая. Я и сам не знаю, сказала неприятности у нее.

— Я с тобой, оставаться самому в чужой квартире у меня нет желания, как раз это еще больше прояснит обстановку с тобой, так как я еще до конца всего не понимаю, но желание огромное понять все — есть. И по твоим словам, Лада очень даже ничего так, — подмигнул он мне. — А на обратном пути и здоровье поправим.

— Спасибо, Артем, тогда, пойдем.

Мы быстро, приведя себя более-менее, в человеческий вид, вышли из квартиры.

Дорога к больнице пролетела, словно падающая звезда, и вот мы уже стоим с Артемом при входе в больницу.

— Как же давно меня здесь не было, — взглянув на меня, сказал Артем.

— Кстати, Артем, а почему ты меня проведывал-то? Ты ведь даже не знал меня.

— У меня было чувство, что я должен был, я просто знал, что должен проведывать тебя, — он пожал плечами. — Что ж, пошли к твоей художнице.

Как обычно, на входе меня встретили с улыбкой и без лишних вопросов. Выдали нам с Артемом по белому халату, что считалось VIP-статусом, ведь обычные посетители должны были приносить сменную одежду с собой. Нам даже разрешили идти в нашей обычной обуви, не переобуваясь. Поднявшись на пятый этаж, мы прямиком направились в палату к Ладе.

Я постучал и зашел в нее, следом последовал и Артем. Лада, как обычно сидела на кровати. В ушах у нее были наушники от плейера, который недавно я ей принес. Ее мольберт стоял закрытый тканью. Заметив нас, она вытащила наушники из ушей и поднялась с кровати.

— Как ты быстро, спасибо, что приехал, а это кто с тобой? — и она взглядом показала на зашедшего за мной Артема.

— Это Артем, — указал я пальцем на него.

— Здравствуйте, — сказала она ему.

— Здравствуй, а ты я так понимаю Лада, приятно познакомиться, очень редкое имя.

На лице Лады, как обычно, после комплимента выскочил небольшой румянец.

— Лада, к чему такая спешка? — перебил я подкаты Артема.

— Если, ты не против, можешь со мной выйти на некоторое время, а вы, Артем, можете здесь побыть, если вы также не против, располагайтесь.

— Я против только одного, почему на «Вы»? Я вроде бы не какой-нибудь старик, с которого труха сыпется уже. Хорошо я тогда посижу здесь, а вы поворкуйте голубки.

Покраснев еще сильнее, Лада взяла меня под руку и мы вышли из палаты, не прикрыв в нее дверь. Мы прошли по коридору в самый его конец к окну. Лада повернулась ко мне лицом и взглянула таким взглядом, который прошелся аж в мою душу, в этом взгляде я увидел беспокойство и страх.

— Так что случилось? Ты говорила у тебя неприятности.

— Кирилл, Оно приходило ко мне сегодня ночью.

— Оно? Кто это оно?

— Существо… Из моей картины.

Лада оглянулась по сторонам.

— Сегодня ночью я проснулась от стука в окно. Я встала и подошла к нему, в окне я увидела его отражение. Оно стояло позади меня и протягивало ко мне свои тонкие руки, я подскочила к выключателю и включила свет, оно моментально исчезло и я…

— Лада успокойся, тебе просто сон приснился плохой, такое бывает, послушай…

— НЕТ, это ты — послушай, никто меня не понимает. Ткань на моем мольберте зашевелилась и сама с него спала, понимаешь? САМА. Я посмотрела на картину и в зеркале на рисунке, я увидела себя. Кирилл, оно пришло за мной, как и тогда — в первый раз… Кирилл, — и она прижалась ко мне всем телом, я чувствовал ее страх, ее всю трусило, как на холоде.

— Не бойся, я рядом, я помогу тебе, — только сказав это, я почувствовал запах чего-то горелого и обернулся, устремил взгляд в даль коридора. Из палаты Лады шел дым.

— Лада, оставайся здесь, у тебя что-то горит в палате, — и побежав туда, я вскочил в палату и увидел стоящего возле мольберта Артема с запаленной зажигалкой в руках.

Рисунок горел, подхватив чайник стоявший на подоконнике, я с силой льнул остатки воды на мольберт и накрыл его лежащем на кровати одеялом стал тушить его ногами. Артем так и продолжал стоять с зажигалкой в руках и смотрел на мои действия. Потушив наконец мольберт, я обернулся к нему:

— Артем, какого черта, ты творишь? Тебя и на минуту самого оставить нельзя. Вообще головой тронулся, — но он меня даже не замечал. Мой друг так и стоял, и смотрел на место, где стоял мольберт, держа в руках зажженную зажигалку. В палату забежала Лада.

— Что произошло?

— Лада, наполни чайник водой, быстренько, — дал его ей.

К палате сбежались врачи, медсестры, вышли пациенты из своих палат.

— Все нормально, — говорил я, повернувшись к зевакам, — Чайник загорелся, — прикрыв спиной Артема и мольберт, — Но уже все нормально.