Шрифт:
— Надеюсь. Значит, так. Сегодня к восьми вечера приезжай ко мне, — Иван назвал адрес своей конспиративной квартиры. — Там переночуем, а с утра будем выдвигаться на позицию. Понял?
— Понял!
— Да не кричи, а то тебя, наверное, все соседи слышат.
— Я приеду! — снова закричал Кондратьев.
— Давай, — сказал Иван и повесил трубку.
С Рыжим все было гораздо проще и короче. Тот задал единственный вопрос:
— Мне брать с собой?
— Что?
— Ствол, — просто пояснил Рыжий.
— У меня есть, спасибо.
— Тогда до вечера.
Сереги дома не оказалось, и Иван позвонил ему на работу. Трубку взяла какая-то женщина:
— Алло?
— Можно позвать Сергея, который там у вас видеокассетами торгует?
Женщина замолчала, и Иван подумал, что прервалась связь.
— Алло? Алло? Вы меня слышите?
— Слышу, — наконец отозвалась женщина. — А вы кто?
— Да знакомый, хотел сегодня к нему за кассетами заехать…
— Не надо, — холодно сказала женщина. У Ивана пересохло во рту.
— В каком смысле не надо?
— В прямом. Утром приходили из милиции и забрали вашего Сергея.
— Да… — растерянно проговорил Иван, не понимая, что, собственно, происходит и каких еще неприятностей следует ожидать. — А за что?
— Сами знаете, — отрезала женщина. Иван похолодел.
— Погодите, что я знаю? Что случилось?
— Нечего было порнографию несовершеннолетним продавать! Вот в чем дело! Вы тоже небось у него эту гадость брали? — Женщина перешла в атаку.
— Я? — с облегчением спросил Иван. — Да никогда!
— Мы пошли ему навстречу, дали место, а теперь у нас из-за него такие неприятности! — Женщина продолжала бушевать, но Иван слушал ее претензии к несчастному Сереге уже гораздо спокойнее.
Поток слов не иссякал, поэтому Иван решил положить трубку, а не дожидаться конца монолога. Серегу было жалко, но куда больше его сейчас занимал другой вопрос:
— И кто же теперь будет сидеть за рулем?
Глава 26
Но и на этом неприятности не закончились. Еще подъезжая к дому, Иван заметил сидящую на лавке у подъезда женщину. Рядом стояли две сумки гигантских размеров. Женщина сидела, смиренно сложив руки на коленях. Однако Ивана было не провести — он очень хорошо знал характер своей тещи. Поэтому вылезал он из машины очень медленно и неохотно.
— Ваня! — радостно воскликнула теща. — А я тут вас поджидаю! Настеньки дома нет, так я уж тут на лавочке…
— Настя на курсы записалась, Павлина Семеновна, — пояснил Иван. — Учится на… Забыл, как это называется. Что-то из двух слов и очень престижное.
— Ну и хорошо, я давно говорила, что работать ей надо, — авторитетно заявила теща. Словосочетание «я давно говорила» употреблялось Павлиной Семеновной очень часто и по совершенно разным поводам, будь то расстройство желудка у Ивана или землетрясение в Лос-Анджелесе. За время знакомства с тещей у Цветкова создалось впечатление, что она успела высказаться по всем проблемам мировой политики, культуры, науки и техники, и теперь предсказания тещи начали сбываться. Ванга могла смело отправляться на пенсию.
Иван решил не быть хамом и помочь теще дотащить сумки, но, как только он поднял поклажу, Павлина Семеновна вспомнила о пропущенном ритуале:
— Здравствуй, зятек! — Она обхватила его шею полными руками и принялась целовать, энергично и горячо. Иван выдержал пять поцелуев, а потом взмолился:
— Павлина Семеновна, мне сегодня в командировку ехать! Я так опоздаю на поезд!
— Ну вот, — расстроилась теща. — Раз в кои-то веки приедешь, а зять тут же с глаз долой! Как нарочно!
Это могло быть прелюдией к более страшным обвинениям, поэтому Иван поторопился с оправданиями:
— Но я же не знал, что вы приезжаетЫ Иначе обязательно бы открестился от командировки! А сейчас уже поздно…
— Хотела дать телеграмму, — призналась теща. — Да только они такие дорогие! Вот и свалилась вам как снег на голову!
— Да не беспокойтесь, — продолжал угодничать Иван. — Вы нам всегда в радость. А Настя-то как обрадуется!
С отчаянным выражением лица он подтащил сумки к лифту и нажал кнопку вызова. Между тем тещу посетила новая мысль:
— В командировку, говоришь? Надо же тебе собрать чего-нибудь на дорогу!
— Павлина Семеновна! — взмолился Иван, зная, какие масштабы может принять организаторская деятельность тещи. — Спасибо, не надо. Я как-нибудь в вагоне-ресторане перекушу…
— А зачем тебе тогда жена и теща? — удивилась Павлина Семеновна. — Неужели я тебя отпущу на голодную смерть? Да ни в жизнь!
В конце концов они сошлись на компромиссном варианте: Иван возьмет с собой небольшую сумочку с булочками, жареной курицей и прочей снедью, но именно маленькую. Другого способа остановить тещину благотворительность Иван просто не видел.