— То-то и оно, игра. В настоящем деле…

— А как в настоящем деле? — как бы между прочим спросил Иван.

— Там… Там врастаешь в эту траву. И не знаю, как у других, а у меня словно глаза на затылке появлялись — так боялся, что зайдут сзади. Все нервы — в комок! А туг, — Рыжий презрительно махнул рукой. — Детские игрушки.

Тем не менее детские игрушки серьезно увлекли Рыжего, потому что Иван в каждый свой приезд в Лужники обнаруживал там и Калинкина.

Сегодня он уже успел отстреляться и отдыхал у стойки бара.

— Привет! — громко поприветствовал он Ивана. — Ты зря сегодня не был! Утром такая клевая игра получилась: десять молодых пацанов против меня, Демиденко и Покровского. За двадцать минут мы их всех уложили!

— Поздравляю, — Иван пожал его крепкую сухую ладонь.

— И вот еще, смотри, — Рыжий поднял стоявшую рядом с его стулом спортивную сумку и расстегнул молнию. — Гляди, чего я достал!

Он показал Ивану свой новый маркер — оружие для игры в пейнтбол, повторявшее по форме американскую автоматическую винтовку М-16. Абсолютное большинство игроков брали маркеры напрокат, но Рыжий, как истинный боец, обладал собственным оружием и даже составлял свою коллекцию.

— Круто, — оценил Иван.

— Не то слово! — Рыжий убрал маркер в сумку. — Ты отдыхаешь? Обычно я тебя по кабакам не встречал.

— Потому что я не отдыхаю, — улыбнулся Иван. — Я давно хотел спросить…

— Спроси, — разрешил Рыжий.

— В каком вы звании?

— С чего вдруг такой интерес?

— Я просто спросил.

— Перед тем как меня спровадить, дали майора. Устраивает?

— А за что вас спровадили?

— Так, — нахмурился Рыжий. — Ты мне нравился тем, что в душу не лез. Хочешь выйти у меня из доверия?

— Хочу сделать вам деловое предложение.

— Какое?

— Не знаю, удобно ли делать такое предложение майору в отставке…

— Майору в отставке можно делать любые предложения, — невесело сказал Рыжий. — Особенно списанному по состоянию здоровья…

— Никогда бы не подумал, — признался Иван.

— Тем не менее. Так что ты хотел мне предложить?

— Вам не надоело играть?

— Ты это о чем?

— Вы жаловались, что игры вам надоели. Что все это не идет ни в какое сравнение с настоящим делом.

— Минутку, — прервал его Рыжий. — Продолжим на улице.

Они медленно прогуливались рядом с гостиницей «Юность», и Рыжий внимательно слушал своего собеседника.

— Знаешь, что, — сказал он. — Я бы согласился на такое и без всяких денег. Просто затем, чтобы встряхнуться. Чтобы кровь по жилам побежала. Чтобы у меня снова мурашки по спине забегали. Но беда в том, что деньги мне нужны.

— Это не беда, — возразил Иван.

— Как тебе сказать… Просто тогда, раньше, я ползал на животе не из-за денег. А за Великую Идею.

— Понимаю. Но у меня нет такой Великой Идеи, чтобы вам ее предложить, поэтому придется работать за деньги. Как это ни прискорбно.

— Я не очень расстроюсь, — Рыжий наконец расслабился и улыбнулся от души. Оказалось, что своих зубов у негопочти не осталось.

Деловую информацию Иван никогда не записывал в блокноты и тетрадки, слишком рискованно это было. В результате приходилось держать все фамилии, адреса и телефоны в уме.

Теперь Иван мысленно прокручивал список людей, которые могли бы ему посодействовать в будущей операции. Когда попадалась подходящая кандидатура, он направлялся к телефону-автомату и звонил очередному претенденту.

Но, поскольку Иван крайне редко работал с партнерами, выяснилось, что список его устарел: кто-то переехал, кто-то удалился от дел, а кого-то уже успели похоронить. Иван даже стал волноваться, потому что бородатого Сереги из видеотеки и Рыжего было явно недостаточно для дела.

И когда в памяти всплыла фамилия Кондратьева, он недолго колебался и поспешил к телефону. Трубку взял сам Кондратьев, чем несказанно обрадовал Ивана:

— Добрый день. Когда-то мы были знакомы. Меня зовут Иван.

— Ванька Цветков? — сразу узнал Кондратьев.

— Точно.

— Да, когда-то мы были знакомы, — голос Кондратьева звучал как-то странно, и Цветков насторожил ей.

— Кирилл, с тобой все в порядке?

— Относительно. Ты чего звонишь?

— Хотел поговорить…