принимаешь, то выполняешь свою роль. Иначе – он женится на гудронке.

– Мне нужно подумать, – неожиданно сказала я. Е слова сработали как ключ, который за-

вл пружинку, и механизм начал дргаться, пытаясь запуститься. Примерно так я себя и по-

чувствовала. Но нужно ещ разобраться, что и как работает, поэтому нужно одиночество.

Вообще-то я думала, кисейцы собираются держать вс под контролем и убедиться лично,

что план спасения существует и он вполне действенный, но они вдруг встали и стали дружно

выходить в коридор.

– Она поняла, - уверенно заявила Яста Белку, который заключал эту своеобразную про-

цессию и на пороге оглянулся посмотреть на меня оценивающим взглядом. Его взгляд как

будто прикидывал, смогу ли я сделать то, чего от меня ждут, или они все ошиблись и, честно

говоря, сомнений в нм было куда больше веры. Впрочем, он послушал Ясту и ушел, и даже

закрыл за собой дверь.

Оставшись в тишине и одиночестве, я легла на спину и уставилась в потолок.

Несколько минут подряд в ушах прокручивались разные слова, обрывки разговоров, на-

мки, и вс это сопровождалось смутными картинками-иллюстрациями. Вскользь брошенные

слова про «три дня», рассказ Ксюты про «два в одном» и тот поцелуй у дикарей. Глаза Парфе-

на последней ночью в Росяных землях и особенности кисейской расы, которые заключаются

в…

А потом я поняла.

Глава 11. Заговоры и придворные игры

Дорогу к жилому блоку, в котором разместили кисейцев, мне показали, даже не задав-

шись вопросом, а зачем мне, собственно, туда понадобилось. Комнату Парфена тоже указали

по первому требованию, видимо, никого ничего не смущало.

Судя по двери, комната у него были на порядок лучше не только моей, а вероятно, и ки-

сейских. Даже Белку предоставили стандартную. Ещ бы… жених наследницы, пусть даже

нежданный и нежеланный. Однако положение обязывает.

Я нажала кнопку возле широкого косяка вроде бы из кости - и даже не услышала звонка –

такая тут звукоизоляция. Надеюсь, звонок не сломан. А если сломан, то как узнать?

Дверь тем временем бесшумно исчезла в стене, и Парфен отошл назад, освобождая про-

ход. Стоило зайти, как дверь тут же закрылась, отрезая пути отступа, как будто только того и

ждала.

Он вс ещ был в традиционном кисейском костюме, как и я. Кстати, цвет его костюма

был очень похож на цвет моего. Не знаю, специально ли Яста так сделала, или нет, но подоз-

реваю, специально. Она их тех, кто тихий да спокойный, но стоит тебе расслабиться и по-

верить, что она безобидна, как нате вам! – и Яста неожиданно берт да выкидывает какое-ни-

будь коленце. Понятно теперь, почему иногда Пепел так на не смотрит, так… как будто в

чм-то подозревает.

По полу комнаты волочился мрачный туман, причем высокий, практически до колена.

Надеюсь, его запустил персонал, а не постоялец, потому что настроение у этого существа в

тот момент явно было не на высоте.

Парфен невозмутимо смотрел на меня сверху вниз и по его лицу не получалось опре-

делить ход его мыслей.

Итак, мой коронный выход. Я вздохнула.

– Я пришла тебя скомпрометировать.

– Правда? – его глаза мгновенно заинтересовано заблестели. – И не побоялась?

– Почему я должна бояться? – удивилась я. – Это ж твоя репутация пострадает, а не моя.

Но зато тебе не придтся на ней жениться.

– Думаешь, я не хочу на ней жениться?

Тут уж пришлось перестать улыбаться.

– Я думаю, ты не стал бы меня целовать тогда… Если бы хотел жениться на другой. Ты не

из тех мужчин, которые так делают. Если бы… к Хиромэ тебя потянуло, ты не стал бы при-

ходить ко мне и клянчить в подарок дурацкую лошадку из ниток. Ты бы мне прямо сказал, что

у нас ничего не выйдет, не стал бы скрывать… после всего. Я же знаю, ты не такой.

– Почему ты так думаешь?

– Я поняла кое-что насчт вашей природы. Говорят, физическое влечение кисейцев, вс

равно что любовь. Я не понимала, как это может быть, как они могут сравнивать эти две сто-

роны одно медали? Но вывод на самом деле простой. Разница в том, что вы не испытываете

влечения… так, как люди. Для нас естественно хотеть вечером одного, а утром другого. То