— Помните эти французские карикатуры, которые появлялись во время войны? Они изображали огромных немецких женщин с большой грудью, одетых, как гусыни, а француженки были симпатичны, грациозны, шикарны.

— И часто с оголенным бюстом, — добавил Макс с усмешкой.

Сара тоже улыбнулась.

— Вот доказательство того, что не следует никогда обобщать, в особенности когда это касается людей. Я знаю бесчисленное количество шикарных берлинок, которым не стоит завидовать француженкам. Достаточно пойти разок выпить чаю в отель «Адлон», чтобы в этом убедиться. Недавно я там была и прекрасно провела время, наблюдая за ними.

— Они были одеты от Сары Линднер?

— Некоторые да… По счастью! — сказала она с хитрым выражением на лице.

— Те, которые следуют последней моде.

— Я интересуюсь более простыми женщинами, — поспешила добавить девушка. — Сегодня много женщин Берлина работают. Получив определенную финансовую независимость, они становятся более кокетливыми и требовательными, смотрят, как одеваются популярные актрисы, и тоже стараются следовать последним веяниям. Мы предлагаем одежду и аксессуары, доступные любому кошельку.

— Чтобы не иметь среди клиентуры только великих княгинь, которые расплачиваются драгоценностями либо пуговицами от мундиров?

Сара рассмеялась.

— Уж лучше так, чем тележками, нагруженными обесцененными марками, которые мы все не так давно толкали.

Макс протянул руку, чтобы взять принесенную Сарой запакованную картонку.

— Посмотрим, что хорошего вы мне принесли.

— Почему вы, мужчины, никогда не можете нормально распаковать сверток? — улыбнулась она, глядя, как он воюет с завязками. — Давайте я вам помогу.

Сара сняла перчатки и, в свою очередь сев верхом на стул, положила руки на спинку. Чувствуя, как легко закружилась голова, Макс наблюдал за ее движениями, вдыхая аромат ее духов. Сара Линднер не обладала порывистостью, как Мариетта или Аста, эти электрические женщины просто сорвали бы ленты и разорвали картон. В ней угадывалось серьезное спокойствие, волнующая концентрация, и в то же время она продолжала улыбаться с искрящимися глазами. И эта разница восхищала его.

— Упаковка такая красивая, что страшно ее портить.

— Ага! Это и есть один из секретов успеха Линднеров. Мой дед понял это раньше многих других. Надо, чтобы клиент получал удовольствие от того, что несет пакет, купленный у нас, даже если внутри лежит очень простая покупка. Продавщицы получают на этот счет очень строгие инструкции. Вы еще не видели наших упаковок на Рождество. Некоторые каждый год приходят к нам только из-за них.

Она наконец развязала ленты, подняла крышку, сняла шелковую бумагу, под которой оказалось прямое платье-футляр голубого цвета с плиссированным лифом и шлейфом.

— Я принесла два в этом же стиле. Это коллекция на будущую зиму. Как думаете, подойдут? Или вы хотите что-то более непринужденное?

Говоря, она случайно прикусила себе губу, и ему неожиданно захотелось обнять ее.

— Превосходно, — сказал он, даже не посмотрев на платье. — Думаю, для работы у меня все есть. Я не выходил с самого утра. У вас есть время, чтобы выпить чего-нибудь со мной? Или пообедать?

Сара колебалась.

— Я рассчитывала вернуться домой, после того как отдам вам коробку. Меня ждут.

— Наверное, ваш муж.

Он почувствовал, как волнуется. Даже если ее называли «мадемуазель», что было вполне в духе ее профессии, все равно она могла быть замужем. А кольцо просто снимала во время работы. Он не хотел, чтобы где-то там, на задворках, еще оказался муж, словно предвестник несчастья. И еще меньше хотел, чтобы это был жених. От мужей иногда устают. А вот женихи предполагают новую любовь, неуязвимую для посторонних.

— Не муж. Родители, — уточнила она тихим голосом.

— Вы можете им сказать, что у вас неожиданное свидание, от которого зависит успех вашей будущей коллекции, — сказал он, поднимаясь. — Например, интервью с будущим клиентом. С кем-то очень важным…

— Не люблю врать.

Макс посмотрел на нее с серьезным видом.

— В таком случае скажите правду, — произнес он с бьющимся сердцем. — Скажите, что мне необходимо побыть с вами. Что уже два дня, с тех пор как вы появились в моей жизни, я не перестаю думать о вас.

Удивленная, девушка отступила на шаг. В ее взгляде он прочитал настороженность и любопытство. Она держала перед собой платье словно щит.

— Почему?

— Вам надо услышать причину? Что вы хотите, чтобы я вам сказал? Вы мне очень нравитесь.