Что касается цен, то они впечатляли... Импортный цветной телевизор 1400 рублей! Охренеть... Маме - год работать, чтобы такой купить.

Я перешел в отдел дорогой мелочевки: запонки, портмоне, зонты, какие-то украшения и часы.

О! Часы мне нужны! Неуютно левой руке без браслета и привычной, за полвека, тяжести. Надо же... Носил там и в другом теле, а "привычной" тяжесть кажется здесь. Парадокс... Я почти уткнулся носом в стекло прилавка и начал изучать представленный ассортимент. Позолоченные "Ракеты", "Лучи, и "Славы"... Из, условно-импортных, часов был только ГДР-овский хронограф под совершенно неизвестным мне названием "Ruhla". Вид у хронографа был солидный: серебристый, почти квадратный корпус, но циферблат круглый, благородного темно-синего цвета. К "немцу" прилагался тяжелый стальной браслет и черная красивая коробка. Цена меня не впечатлила - 156 рублей, хотя это были самые дорогие, из имеющихся часов. Попросил скучающего продавца дать посмотреть. Мужчина, лет тридцати, с явной неохотой, достал хронограф и молча простоял рядом, пока я их крутил и прикладывал к уху.

С учетом того, что по карманам, моих английских шорт, предусмотрительно было распихано пятьсот рублей с мелочью, то такую покупку я вполне мог себе позволить.

Продавец не смог скрыть своего удивления, когда я спросил, куда платить деньги...

На Морскую набережную я вышел в уже окончательно завершенном образе: на левой руке свисал тяжелый хронограф - браслеты я всегда любил носить свободно. Правда, золотые... "Ролекс"... ну, не вечер. А, вообще-то, скромнее надо быть, товарищ... скромнее. Вроде, о чем-то великом, как-то, размышлять изволили...

Морская набережная в Сочи во все времена - и доолимпийские, и послеолимпийские - никогда не конкурировала со своими богатыми и успешными сестрами в Каннах и Ницце.

Набережная же Сочи в советское время... Короче, я сильно все подзабыл, оказывается... Сейчас это была средней ширины улица, на которой справа располагалось море, с битком забитыми пляжами, а слева... подпорная стена горы. В гору были "встроены" редкие небольшие здания, то ли какие-то турбазы, то ли пляжные корпуса санаториев и пара-тройка столовых. И все!

По "улице" двигались два плотных встречных потока из полуголых отдыхающих, было очень шумно и очень суетно.

Для чего некий дебил наряжался и где собирался устроить ТУТ "променад" - одному дьяволу известно. Главное, ведь, часы купил! Конечно, ведь без часов на этой "сочинской Круазетт" было бы просто "не комильфо"...

Я стоял у пляжной "переодевалки", чуть в стороне от людского потока и уныло размышлял на тему: "че делать дальше?".

Вообще-то, уже хотелось есть. Мороженое проблему не решило. В санатории сейчас, по расписанию, наступило время обеда, да и здесь, запахи доносящиеся из столовых пробуждали аппетит. Только вот в сами столовые попасть было практически нереально. То есть, так-то пожалуйста, но сначала надо было отстоять километровую "толстую" очередь. Как раз, к ужину моя очередь и подошла бы! Ну, ладно - минимум час...

Никаких многочисленных ресторанчиков и кофе, прочно засевших в моей памяти "из будущего", сейчас на набережной не было и в помине.

Правда, в начале набережной был один ресторан - "Лазурный", кажется, но очередь туда была хоть и меньше, чем в столовые, но намного длиннее, чем в общественный туалет. А в туалет очередь была даже в мужскую половину, метров на десять.

А жрать хотелось все сильнее... Я решил выбраться с набережной в город и уже там поискать ресторан или кафе. Надеюсь, пустят...

Ближайшая лестница наверх, просматривалась около корпуса "Жемчужины". Вот к ней я и направился...

Играючи преодолев подъем ступеней в пятьдесят (даже не сбив дыхания!), я поднялся к центральному входу "местного Цезарь Паласа". На площадке перед гостиницей, стояли припаркованными, с десяток красных автобусов с надписью "Inturist" на борту и еще пара десятков такси без зеленых огоньков.

"Ну, все они занятыми быть не могут, скорее всего просто бабла будут вымогать побольше. Вот таксист меня в ресторан сейчас и отвезет!" - бодро решил я и отправился к белым "Волгам".

Перед входом в гостиницу толпились группки громко галдящих иностранцев. Я слышал английскую, немецкую и итальянскую речь...

"Ха!.." - осенило меня. Не сбавляя взятого темпа, я гордо протопал мимо такси и, имитируя жевание жвачки, уверенно направился к главному входу.

Вход в гостиницу бдительно охраняли трое средних лет мужичков в светловато-желтых рубашках и черных брюках.

– Извините, вы здесь проживаете?
– остановивший меня, один из "мужичков", был безукоризненно вежлив и обращался, хоть и по-русски, но на "вы".

– Мистер, наш номер 412, я там живу с родителями, мистером и миссис Нуланд, мы из Бостона, - мой английский был абсолютно американским и подкреплялся белозубой улыбкой.

– Проходите, пожалуйста, - бдительный страж, сохраняя каменное выражение лица, перешел на английский и вежливо посторонился, пропуская меня в манящий полумрак огромного холла.

Ну, любить Сочи я, может и не любил, но раз десять, в прошлой жизни, здесь, все-таки, бывал. И добрую половину раз останавливался в "Жемчужине".