Только тех, кто допущен в число этих трех сотен или в меньшие группы избранных, можно назвать настоящими суфиями. Все остальные — только претенденты в суфии.

Когда человек добирается до этой стоянки, у него не остается никаких физических заболеваний. Единственное событие физиологической жизни, которое его ожидает, это смерть и то, как именно она приходит. Как правило, люди на этой стоянке не умирают от болезни как таковой, обычно Ангел Смерти заранее говорит им точное время предстоящего ухода из жизни, чтобы они могли приготовиться к этому событию. Мой шейх сообщил мне в письме дату своей смерти за месяц до того, как это произошло. Вплоть до последнего своего дня он оставался в полном здравии и работал.

Для таких людей уход из земной жизни — счастливое событие, даже праздник, ибо они давно уже не привязаны телами к миру.

Нет, они воспарили душами высоко в духовные царства и способны пересекать не только эту Вселенную, но и другие. Никто не может мешать и противостоять им. Даже самые злонамеренные преступники и яростные армии будут бессильны против суфия. Эти люди защищены от любых проблем этого мира.

Обычно человека не принимают в число шейхов, пока он не достигнет по меньшей мере стоянки души. Этот момент, когда претендент принимает на себя обязанности шейха, формально отражен в особой церемонии инициации под названием «байиат» (обет).

Так, благодаря послушанию и милости Аллаха, проходит душа от своего начального состояния (или от беспомощного эготизма) до Божественного единства — если есть на то воля Аллаха.

Для того, чтобы перейти от более низкой стоянки к более высокой, нужно контролировать запросы нафсов. Добиваясь такого контроля, суфии получили особые упражнения, специально разработанные Самим Аллахом и дающие надежные, быстрые и глубокие результаты.

Люди, стремящиеся достичь высоких духовных ориентиров в жизни (или считающие, что они стремятся к этому), часто бывают ошеломлены неудачей. Так получается потому, что эго — величайшее испытание. Мы можем просыпаться каждое утро с самым твердым намерением сосредотачиваться только на чистейших, благословеннейших и высочайших мыслях. Но стоит только кому-то позвонить нам по телефону, чтобы сказать, что исчерпался наш банковский счет или дети разбили окно, и наша сосредоточенность улетучивается даже еще до того, как мы снимаем трубку и узнаем, что, собственно, произошло. Только позже, ближе к ужину, мы снова вспоминаем о своем решении помнить Бога.

Поэтому человеку приходится постоянно восстанавливать и возобновлять свое намерение. Сначала это бывает трудно, чуть ли не безнадежно. Но (и это происходит гораздо быстрее, чем думают многие) намерение ведет к привычке — самой благотворной из возможных привычек. Немного спустя, вы уже ни о чем не забываете.

Постепенно ищущий освобождается от мирских стремлений и сосредотачивается исключительно на духовных задачах. В Индии, в штаб-квартире ордена чишти, находится усыпальница нашего муршида, Хазрата Хвайа Муинуддина Чишти. Возле его гробницы (дар — гаха) расположены около сотни маленьких келий(худжрахов), предназначенных для шейхов ордена, посещающих Аджмер. Эти кельи нужны для совершения чилла — сорокадневного уединения в темноте подземелья, с минимумом пищи и питья. Эта практика — что— то вроде репетиции пребывания в могиле. Суфии, осознавая неизбежность смерти, еще при жизни пользуются этой возможностью понять, что такое могила, и подготовиться к этому продолжительному уединению. Во время сорокадневного уединения суфия контролирует его шейх, предписывающий ему определенные молитвы и упражнения, направленные на погашение огня нафса и уничтожение низших страстей. Нельзя пройти через этот ритуал без наставника, нельзя совершить его по своему собственному разумению.

Слишком велика опасность. Это лишь одна из множества важных причин, почему человеку нужен живой наставник, непрестанно указывающий ему путь.

Если мы почитаем свидетельства величайших людей — пророков, то увидим, что больше всего на свете они боялись того, что ждет их в могиле и в загробной жизни. Это были самые скромные, самые праведные и самоотверженные из когда-либо живших на свете людей, но они никогда не забывали о своих недостатках и очень беспокоились об участи, уготованной им Господом.

Насколько же больше оснований для беспокойства должно быть у обычных людей!

В вышеприведенном описании стоянок эволюции души я вынужден был пойти на значительные упрощения; для того, чтобы достичь на этом пути сколько-нибудь ощутимых результатов, нужны многие десятилетия работы под руководством настоящего учителя и оптимальные обстоятельства. Существуют учебные заведения, где человек учится всего-навсего устанавливать автомобильный двигатель, и только на то, чтобы изучить основы этого дела, студенты тратят по два-три года. Насколько же сложнее научиться устанавливать на место разрозненные части расстроенной души!

Существует разница между серьезным искателем истины, приходящим к шейху в надежде обрести равновесие в жизни, и человеком, являющимся проводником.

Итак, те, кто достигают конечной цели — союза с Аллахом, — это избранные, суфии. Они пользуются огромным расположением Аллаха, но не в такой степени, как пророки (мир им всем!). Они — не пророки и никогда на это не претендовали. Однако они становятся для других вдохновителями и живым свидетельством того, каких высот может достичь человек, искренне следующий совету и заботливому руководству Великого, Досточтимого, Славного, Святого Господа ангелов и духа, Возвышенного, Всемогущего Аллаха.

Ал-хаамду, ли-Лаахи рабб ил-ааламиин!

С тех пор как Господь изгнал Адама и Еву из рая, их многочисленные потомки ищут дорогу назад. Ищут знания, которые могли бы помочь найти ту дорогу. Есть два пути.

Путь первый — «ПОДРАЖАНИЕ».

Этот путь — самый легкий, самый сладкий… вначале. И самый трудный и горький — в конце. Здесь не надо трудиться душой. Здесь нужно быть, как все, жить, как все. Но в старости — горечь, раскаяние и сожаление…