Я мимолетно смотрела на Дениса и невольно ощущала тепло его рубашки, которая едва касалась моей руки, свежее дыхание этого парня и какое-то исходившее от него внутреннее спокойствие, которое невозможно описать словами. Мне было хорошо.

– Денис, а ты совсем не хочешь поехать на этот фестиваль?
– спросила я у него, пока между нашими одноклассниками продолжалась оживленная дискуссия.
– Было бы здорово.

– Анжел, нет, - внимательно глядя на меня своими зелеными проникновенными глазами, бросил он, не задумавшись.
– В моей жизни уже было немало подобных концертов.

– Но тебе ведь это нравилось, - продолжала я, не понимая, спрашиваю ли или констатирую существующий факт.
– Разве нет?

– Да, но это всё в прошлом. Я не хочу, Анжел.

Больше я не стала настаивать. Было очевидно, что переубедить его мне не по силам.

– Как вчера прошла алгебра?
– внезапно произнес Денис, когда я листала учебник по литературе. Было странно, что он сам заговорил о вчерашнем дне, ведь я так и не решилась спросить у него, куда он исчез после английского языка.

– Очень нудно и долго, - протянула я, вспомнив, как меня вызвали к доске на задании с логарифмами, которое мне удалось решить с огромным трудом и помощью класса.
– Все два урока разбирали егэшные тесты.

– О, ну значит, я немного потерял, - улыбнулся он.
– А что было на русском? Тоже тесты?

– Нет, писали аргументы по проблеме "Отцов и детей", что, на мой взгляд, самое бессмысленное занятие. Знаешь, когда стали проверять, оказалось, что абсолютно у всего класса получились три одинаковых аргумента - это "Отцы и дети" Тургенева, "Горе от ума" и "Недоросль".

– Это всё система ЕГЭ, которая ведет к ограниченности, - пожал плечами Денис.
– Причем во всех смыслах этого слова. А у вас в тестах по литературе тоже все сочинения нужно писать строго по плану?

– К счастью, не совсем, - улыбнулась я, не замечая голосов одноклассников, продолжающих обсуждать поездку.
– Четыре сочинения из теста очень похожи на наши по русскому языку, а вот одно по определенному произведению можно писать свободно, но, если это можно назвать свободно - проверяться оно будет по двенадцати критериям.

– По двенадцати критериям?! Это же маразм какой-то! Как можно написать хорошее сочинение и дать мыслям размахнуться, если постоянно напоминать себе о двенадцати критериях? Это же не алгебра, в конце концов, где нужен четкий, односложный ответ.

– Если честно, я никогда не думаю об этих критериях, просто пишу то, что думаю, и всё. Все эти балы - это, конечно, самое важное на экзамене, но я стараюсь не думать о них.

– Всё равно я уверен, что у тебя будут очень высокие балы

От этих теплых и внушающих надежду слов я не на шутку смутилась.

– Ребят!
– стремительно вбежав в класс, на ходу оправляя черную юбку, воскликнула запыхавшимся голосом Анна Сергеевна, учительница по биологии.
– Извините, что задержалась. У средних классов никак не закончатся олимпиады, столько приходится возиться с ними! Повторяйте пока что параграф.

Все потихоньку начали утихать. Разговор о фестивале закончился обоюдным решением, что нужно будет заказать автобус, который бы отвез нас и после фестиваля привез обратно. Это было бы надежно и гораздо удобнее, чем ехать по несколько человек на такси, заплатив при этом вдвое больше денег, решили ребята. И мне было искренне жаль, что Денис не хотел принять в этом участие.

После биологии по расписанию шла физика. Я собирала сумку, и все мои мысли были заняты тем, останется ли Денис на следующие пять уроков или вновь, никому ничего не сказав, просто исчезнет?

– Ты не уйдешь?
– вдруг не выдержав, спросила я, и видимо это прозвучало настолько умоляюще, что мой сосед по парте несколько секунд удивленно смотрел на меня, как смотрят на тебя пожилые люди, когда уступаешь им в троллейбусе место, а затем улыбнулся и отрицательно покачал головой.

– Не уйду.

Выйдя из кабинета, мы с Кариной и Викой принялись бурно обсуждать предстоящую поездку. Моя сестра выглядела как никогда воодушевленной и счастливой. Для неё этот фестиваль значил гораздо больше, чем для каждого из нас. Ей он открывал совершенно другие возможности, и от осознания этого меня переполняли эмоции радости за Карину, за Костю и всю их группу. Надо признаться, что я уже начинала скучать по ребятам, по тому легкому общению, творческой и домашней атмосфере, по шуткам парней. Даже по их горячему чаю со сладким рулетом.