Тискаребай начал было засучивать обе штанины, чтобы в случае чего дать дёру, как вдруг откуда ни возьмись – мастер.

– Ты что делаешь? – удивился мастер. – В нашей передовой организации положено засучивать рукава. Чтобы приложить максимум усилий для трудового подвига. Но прежде всего ознакомьтесь со спецификой нашего нелёгкого производства.

Начали мы знакомиться. Со спецификой.

Высотный дом. Последний этаж теряется в облаках. Второй недостроен. Первый отсутствует.

– Забыли, видимо, в спешке, – смутился на мгновение мастер. – По проекту вроде бы первый предусмотрен. Сейчас посмотрим.

Начал он рыться в бумагах, отыскивая проект первого этажа. Бумаг было очень много. Их хватило бы, чтобы сложить из них вместо кирпичей весь первый этаж. Иные даже с подписью и печатями. Или строжайшее предписание. Или немедленное уведомление. Самая удивительная бумага – акт о приёмке дома в эксплуатацию. Да ещё с оценкой «отлично».

Этой красивой и со вкусом оформленной бумагой мастер прикрывался от нападок разъярённых жильцов, которые, завидев его, высыпали из всех этажей и подъездов:

– Когда будете настилать полы?

– Почему не открывается дверь, а если откроешь, не закрывается?

– Заработает когда-нибудь лифт?

Потом – про газ, про воду, про отопление…

Мы с Тискаребаем едва успели в сторону отскочить, уступая дорогу мастеру, бегством спасающемуся от гнева жильцов. Особенно от тех, кто успел вселиться на первый этаж, не подозревая о том, что он отсутствует.

Жильцы второго этажа тоже были недовольны. Никак не могли сообразить, на чём держится их этаж, если нет первого. Не грозит ли это увеличением квартплаты или дополнительным налогом за приватизацию их жилплощади.

В управлении между тем согласовывали проектную документацию. Наиболее отчаянные предлагали даже достроить первый этаж. Хотя бы в виде исключения. Что, впрочем, не особенно удивило меня. Знал истории и похлеще – как сдавали в эксплуатацию дом вообще без всяких этажей. Или без крыши. Без фундамента – само собой.

Однако Тискаребай, не ввязываясь в этот скандал с первым этажом, увлёк меня дальше – в неизведанное и удивительное, называемое нашей действительностью. По дороге объяснив мне, что надо было начинать именно со строительства, ведь мы всё время что-то строим: то коммунизм, то капитализм… Словом, эдакое эпохальное, глобальное. А великим строителям, естественно, нет дела до такой бытовой мелочи, как жилой дом без первого этажа.

Начальник цеха Эштермеев сидел у себя, как вдруг в кабинет вошёл какой-то человек, весь кривой-косой, скрюченный, и, ничуть не стесняясь своего крайне неприглядного внешнего вида, прошёл к столу, сел, развалясь.

– Вы кто такой? – удивился начальник.

– Я? – почему-то переспросил таинственный незнакомец. – Тискаре…

– … бай! Ну, как же, весьма наслышан. Рад познакомиться. Проходите, садитесь.

– Да я уже. И прошёл, и сел.

– Гм… – промычал начальник. – Конечно, большая честь. Для цеха. Вы к нам на экскурсию? Хорошо. Мы как раз приготовили для вас сюрприз.

И начальник цеха с ловкостью фокусника выудил откуда-то из-под стола красиво упакованную коробку.

– Догадайтесь, что это?

– Судя по надписи на коробке, гардины для штор.

– Именно, гардины-сюрприз.

Тискаребай распечатал коробку.

– Видите, хромированная поверхность.

– Да, блестит, как зеркало.

– Эстетика. Высокая культура производства. Стараемся не отставать от мировых стандартов.

– Похвально. А в чём, однако, сюрприз?

– Минуточку! Видите, как гардины покрыты лаком. Это для запаха. Наше изобретение. Почти что ноу-хау. А сам сюрприз вот в чём: крючки – обратите внимание – на них совсем не держатся шторы. Стало быть, незачем их покупать и тратить деньги. Экономика должна быть экономной. Оригинально?

– Бесподобно. Дерзновенный полёт творческой мысли. Однако ваши столь нестандартные экономические изыскания, надеюсь, не ограничиваются одними гардинами?

– Отнюдь. Приходилось вам видеть цилиндрический замок? Заметьте, эмалированный и никелированный. На уровне мировых…

– … стандартов! А в чём сюрприз?

– Минуточку! Вы, может быть, не поверите, но он открывается, если повернуть ключ.

Начальник только примерился ключом, как вдруг тяжёлый замок открылся самостоятельно и шмякнулся ему на ноги. Начальник взвыл было от боли, но, мужественно взяв себя в руки, продолжал:

– Замки-то от чего вешают? Ясное дело, от воров. А теперь представьте себе: злоумышленник начал подбирать ключ или отмычку, как замок бряк ему на ноги!

– Да, тут взвоешь от боли. Можно даже получить телесное увечье. У воров и без того нелёгкая жизнь. Работа в ночную смену, без выходных и отпусков. Социальное страхование отсутствует.

– Да, воровской мир в большом беспокойстве. Открыть ведь замок – полдела. Надо ещё суметь закрыть, чтобы не оставить после себя следов.

– Да, оставлять следы – последнее дело. Ворам-то неохота сидеть в тюрьме.