Ладони Хелла закрыли его лицо, он пытался справиться со своими эмоциями, которые не так давно перестали поддаваться его контролю.

– Мой король…

– Лучше тебе замолчать, незаконнорожденный! – угрожающе предупредил Силенс.- И уходить отсюда, пока ты еще жив. Уходить из Дейста. Покинуть Дейстроу. Иначе я за себя не отвечаю.

– Силенс, не надо! – взмолилась я. Меня пошатнуло, когда он перевел свой взгляд. Удар Королевской магии выбил воздух из легких, но я не сдавалась.- Не надо!

Все произошло за миг. Вспышка гнева Силенса – и я уже оказалась в состоянии полета. По-моему, именно это испытывал Хелл, когда король через мое тело оказался в замке Зисо. Упругая волна силы безжалостно ударила меня в грудь, мне почудилось, что затрещали ребра и разошелся болезненно ноющие последние часы шрам. Следующим моим ощущением была острая боль в спине, которая со смачным звуком врезалась в дубовую дверь. Острые щепки глубоко впились в мою кожу, остальные разлетелись по сторонам. Волк во мне успел заметить, как одна отлетела в сторону и со свистом прошлась по лицу Коктона, рассекая кожу и высвобождая наружу кровь.

– Эв! – с мольбой закричал пришедший в себя Силенс.

Я соскользнула вниз по двери, издавая при этом противный влажный звук. Видимо, крови было больше, чем боли, но я ничего не чувствовала, только онемение и адский огонь в позвоночнике. Дрожащая перепачканная в бурой жидкости рука сама собой потянулась к животу, и только ощутив отклик внутри себя, я успокоилась и прижалась затылком к раздробленной в щепки двери.

Боль словно уступила место волнению за ребенка, который рос во мне. Я только мечтала о том, чтобы с ним все было в порядке. Но потом из моего позвоночника стали приходить мучения. Я подумала, что он раздроблен, но верить в это отказывалась. Все будто трещало, ныло, кровоточило, лишая меня сил и крови. Но, стиснув зубы, я терпела, пальцами упираясь в живот. Никогда я не думала, что в моей жизни появиться такой человек, ради которого я буду способна на все. Эти мысли вихрем проносились в моей опухшей голове, за те мгновения, пока Силенс бежал ко мне.

Король упал подле и дрожащими руками стал ощупывать мою спину. Легкий стон вырывался из моей груди. Тут же о себе напомнили раздробленные ребра. Конечно, я преувеличивала, и кости только потрескались, но в тот момент все болевые ощущения усиливались в несколько десятков раз, лишая меня способности мыслить трезво.

– Вам бы следовало держать себя в руках, мой король, - укоризненно сказал Хелл. Его пальцы уже скользили по моим ногам, вверх, он будто прощупывал место для работы, которую сейчас ему предстояло совершить.- Тогда бы все было гораздо проще. И мне бы не пришлось в очередной раз спасать королеву, - вздохнул бастард, наконец, найдя место для своих рук. Они лежали поверх моих.

– Уберись отсюда…

– И как же вы ее спасете, или собираетесь позволить королеве умереть из-за слепой ревности? – резонно заметил Хелл и перестал обращать внимание на короля.

Я могла только переводить взгляд от одного на другого, потому что сил открыть рот и как-то примирить их у меня не находилось. Даже понимание того, как я видела их, было слегка затуманено, но я не стала разбираться в нюансах. Прохладные длинные пальцы Хелла успокаивали меня, что-то необъяснимое вызывал во мне бастард.

– Держись, Эв, как же часто мне приходится это делать, - с грустью сказал Хелл.

Мое тело, напротив, словно онемело. Еще не так давно пострадавшее от нападения Роупа, оно словно ожидало боли, поэтому не реагировало на нее никаким образом. Я прикрыла глаза и позволила бастарду делать то, что он умел просто прекрасно.

– Эверин? – робко позвал Силенс. Я пошевелилась, чувствуя только слабость и сухость во рту, но никакой боли. Для верности я пошевелила рукой, пальцами и только тогда решилась открыть глаза.

– Возникает такое ощущение, будто твоя жизнь торопиться, - философски заметил Хелл.- Не прошло и недели, как Роуп переломал твои ребра, как любимый муж сломал позвоночник. У тебя ведь почти все тело парализовало, Эв, я долго латал твои кости.

– Парализовало? – едва не задохнулась я от удивления, устраиваясь удобнее на диване. Они перенесли меня в гостиную моих покоев, я была благодарна за это, отчетливо помнящая неприятную жесткость дубовой двери.

Хелл стоил в углу, скрестив руки на груди и хмуро поглядывая в сторону короля. Они держались особняком, не переваривая друг друга на дух, но хотя бы не начинали драку. Это радовало. Значит, мои страдания все-таки принесли какую-то пользу. Это, конечно, немного утешало, но я бы предпочла остаться здоровой. Пусть и без такой платы.

– Я же сказал, - вздохнул Хелл.

– Так вот откуда онемение, - догадалась я.- И отсутствие боли. Спасибо тебе, Хелл, - улыбнулась я, рискуя вызывать очередной приступ ярости короля Силенса.

Но мой муж смолчал, пусть и отвернулся в сторону, будто ему само по себе было неприятно наше общение с бастардом.

– Зато теперь можно откровенно говорить без Коктона, пусть и король уже дал ему почву для пошлых размышлений, - едко заметил бастард, приближаясь к дивану. Он устроился на стуле подле, ближе к королю.