Два человека, находящиеся в голове колонны, заметно выделялись среди прочих

своих товарищей, как величественной осанкой, так и более роскошным внешним видом.

Ножны их мечей, к примеру, были не деревянными, как у прочих воинов, а сплошь

покрытые тонкими костяными пластинами, украшенными к тому же золотом и

самоцветными камнями. Такими же драгоценными камнями были украшены и рукоятки

мечей головных всадников. Да и плащи на них были не синие, а ярко—красные с

пурпурным отливом. Всё это вместе взятое заставляло предположить, что эти двое и есть

истинные предводители небольшого отряда.

Внезапно один из них повернулся к своему попутчику.

– У меня такое поганое чувство, Гаай, будто за нами всё время кто—то наблюдает!

– вполголоса произнёс он. – Ты ничего такого не ощущаешь?

Его товарищ, не отвечая, лишь отрицательно мотнул головой.

– И всё же за нами кто—то всё время следит! – первый из предводителей сердито

дёрнул поводья, поправляя сбившегося с ноги коня. – И этот мох! Почему он всё время

начинает шевелиться, как только мы к нему приближаемся?!

Предводитель по имени Гаай внимательно посмотрел на товарища.

– Ты у меня спрашиваешь, Рээб?

Рээб криво усмехнулся в густые усы.

2

– Да знаю я, что, если к нему не прикасаться, мох этот вполне безопасен! Просто…

как—то из себя выводит, что ли! А что следят за нами – в этом у меня и сомнений нет

даже!

Привстав на стременах, он обернулся к воинам, окинул внимательным взглядом

мрачные их лица.

– Неужели никто из вас ничего такого не чувствует? Вот ты, к примеру, Стив! –

обратился он к юноше, ехавшему сразу вслед за ним. – Скажи, ты не ощущаешь ничего

странного?

Юноша смущённо пожал плечами.

– Тут всё странно! – сказал он звучным ломающимся тенорком. – Странно и… - он

замялся на мгновение, - и страшновато немного…

– Это точно! – пробормотал воин, ехавший вслед за юношей. – Выбраться бы

поскорее из проклятого этого места!

– Дожидайся! – угрюмо отозвался его сосед. – Хоть бы половина из нас дожила до

этого времени!

По колонне воинов пробежал невнятный ропот недовольства, но, под

угрожающим взглядом обернувшегося Гаая, быстро смолк.

– Доживём! – Гаай внимательно обвёл взглядом угрюмые фигуры воинов…

некоторые под этим его пристальным взглядом невольно подобрались, выпрямились в

сёдлах, но таких было явное меньшинство… основная масса воинов не подняла даже глаз

на грозного своего начальника. – А тебе я вот что скажу, Рээб! – обратился Гаай к своему

напарнику. – Постарайся, как можно меньше внимания обращать на какие—то там свои

ощущения, а уж тем более, комментировать всё это вслух! – он помолчал немного и

добавил уже более миролюбивым тоном: - Ты просто устал, как и мы все!

– Устал, это верно! – согласился Рээб. – Пора делать привал!

– Рано ещё!

Гаай дёрнул поводья, понукая уставшую лошадь, и Рээбу ничего не оставалось,

как проделать то же самое.

Дождь к этому времени уже почти прекратился, но светлее в лесу не стало, скорее,

наоборот. День подходил к концу, густой вязкий полумрак вокруг всадников с каждым

новым мгновением становился всё гуще, всё непрогляднее. Пора было и в самом деле

подумать о привале и ночлеге, тем более, что как раз слева от колонны виднелась очень

удобная для ночного отдыха поляна. С трёх буквально сторон густо поросла она высоким

колючим кустарником, из тех, которые так не любит всякая потусторонняя ночная

нечисть… тут выходила самая настоящая крепость и более удобного для ночлега места

даже трудно было себе представить. Радовало усталых путников ещё и то обстоятельство,

что неподалёку от поляны, с противоположной от дороги стороны, поблескивала довольно

прозрачной водой то ли канава, то ли небольшая лесная речушка.

– Привал! – полуобернувшись, крикнул Гаай. – Спешиваемся!

Усталые

воины не заставили упрашивать себя дважды. Сворачивая

последовательно, в порядке строгой очерёдности, на поляну, они тотчас же соскакивали с