• После долгих дебатов на собраниях и делегатских совещаниях 14 апреля 1917 года 1-я бригада все же приняла решение участвовать в общем наступлении союзников.

16 апреля началось сражение у замка Курен и форта Бримон. После сильного артиллерийского обстрела одна за другой следовали атаки пехотинцев. Но подавить все огневые точки противника не удалось. Уцелевшие пулеметные гнезда на обратных скатах высот прижимали наступавших к земле и наносили им огромные потери. И все же сопротивление немцев на этом участке было сломлено. Успешные действия русских отмечались французской прессой. В наступлении, прозванном «бойней Нпвеля» *, погибло свыше 5 тысяч русских солдат. Наскоро вырытые могилы заполнили поля Шампани. Во время одной из атак вражеской обороны под фортом Брн-мон Родиону Малиновскому разрывной пулей раздробило кисть левой руки, и он длительное время лечился в русских госпиталях в Бордо, Сен-Серване и Сен-Мальо.

Бессмысленные потери окончательно вывели многих из заблуждения. Пламенные слова комитетчиков все больше доходили до сердец солдат, и уже в мае стало ясно, что после победы Февральской буржуазно-демократической революции в России и провала апрельского наступления французской армии они больше сражаться не будут. Русские бригады отвели в глубь Франции, в департамент Крез, в лагерь Ла-Куртин.

Малиновский узнал, что в лагере каждое утро проходят митинги под лозунгами «Свобода, равенство, братство!», «Домой — в революционную Россию!». Эмиссары Временного правительства уговаривали солдат смириться и выполнить свой «долг» до конца, но они отвечали непокорностью, отказывались идти на фронт и требовали отправки домой.

После продолжительных переговоров в верхах о создавшемся положении в русских бригадах министр иностранных дел Временного правительства Терещенко уведомил французские власти и начальника генерального штаба Фоша, что генералу Заикевичу поручено занять пост главпопачальствующего русскими войсками во Франции и при помощи любых мер восстановить в них порядок.

К концу июля по распоряжению генерала Занкевича бригады были изолированы для психологической обработки порознь. Солдат разместили в бараках, окруженных

* Главнокомандующий французской армией.

8

колючими проволочными заграждениями. Обстановка накалялась с каждым днем.

После госпиталя Малиновский прибыл в своп полк. Его опять избрали членом ротного и делегатом отрядного (бригадного) комитета. Но недели через две открылась недолеченная рапа, и Родион опять был направлен в госпиталь Сен-Серваи.

В конце августа 1917 года поступил приказ о разоружении русских солдат. 1-я бригада из-за отказа сдать оружие была объявлена взбунтовавшейся. Не желая доводить дело до вооруженного конфликта, отрядный комитет вынес решение о добровольном разоружении. С этим, однако, не согласились солдаты бригады и избрали новый состав комитета. К ним присоединились полки 3-й бригады, и 10 тысяч солдат окопались в лагере Ла-Куртин, требуя одного — отправки на родину.

В Петроград последовала телеграмма с вопросом: «Как быть?» Ответ был кратким: «Немедленно привести восставших к повиновению силой оружия».

В Ла-Куртиые разыгралась страшная трагедия. 10 сентября лагерь был оцеплен 2-й Особой артиллерийской бригадой генерала Беляева, двигавшейся через Францию в Салоники по воле Антанты. Солдатам предъявили ультиматум. Реакционное командование ожидало вооруженного сопротивления, но этого не случилось. Воины построились на плацу. Они предпочли умереть стоя.

Начался артиллерийский обстрел. Три дня в упор расстреливали русских рабочих и крестьян, вся вина которых заключалась в том, что они не хотели больше сражаться за «демократию» банкиров и политических шулеров и требовали отправить их па родину.

На третий день лагерь сдался. Часть оставшихся в живых была разбита на рабочие команды и расселена по департаментам Франции. Три тысячи непокорных и упорствовавших отправлены в ссылку во Французскую Африку.

15 сентября Малиновский вышел из госпиталя п был направлен в .лагерь Курно, где размещалась наиболее реакционная часть экспедиционного корпуса. Последовал его арест. Пока шло следствие, в Россия свершилась Октябрьская социалистическая революция.

После ленинского воззвания «К гражданам России!», принятия II съездом Советов Декретов о миро и земле французское правительство издало приказ о разоружении

9

всех, без исключения, русских войск и отправке их па работы в каменоломни. Так Малиновский оказался в Бельфоре. Каторжный труд был не под силу — болела раненая рука.

Французское правительство вербовало добровольцев для продолжения войны с Германией. Зная, что немцы оккупировали Советскую Украину и издеваются над мирным населением, сотни русских, в том числе и Малипов-ский, согласились пойти на фронт. В январе 1918 года они прибыли в иностранный легион 1-й марокканской дивизии французской армии, которая уже в марте выступила прорвавшимся немецким войскам навстречу в Пикардии. С того дня дивизия не знала передышки: ее безжалостно бросали на самые трудные участки, особенно в последнем осеннем общем наступлении союзных войск под командованием генерала Фоша, продолжавшемся вплоть до капитуляции Германии.

Глубокой осенью Антанта окончательно сломила сопротивление кайзеровской армии. Теперь союзники получили возможность использовать свои войска против молодой Советской Республики. Началась иностранная военная интервенция. На юге России Антанта добилась объединения Донской и Добровольческой армий под командованием генерала Деникина.

В это время вспомнили о русских, их срочно вывели из иностранного легиона, где Малиновский воевал наводчиком, а затем начальником пулемета, и разместили в деревне Плёр, недалеко от города Сюзанпа. Сначала было решено направить всех к Деникину, но оставшиеся в живых комитетчики, в том числе Малиповский, призвали солдат отказаться воевать против своих братьев в революционной России. Наконец, в июле 1919 года стали записывать желающих вернуться на родину. Малиповский и еще человек двадцать пожелали отправиться в Одессу. Никому не верилось, что тревогам и лишениям на чужой земле скоро придет копец. Месяц ожидания показался вечностью.