Как и рассчитывала Иден, эти слова возымели на отца действие. Улыбка сразу исчезла с лица СиСи, он посерьезнел и спросил:

– То есть?

– Тебе просто хочется думать, что так ты поступаешь ради нее, но на самом деле, отец, ты – эгоист, ты делаешь так, как лучше тебе.

СиСи старался не смотреть на дочь, но объяснить ей все-таки пришлось. Правда, СиСи выбрал свой излюбленный путь – свел все к шутке.

– Я помню, однажды моя любимая дочь, – он обнял Иден за плечи, – выговаривала мне, что я слишком интересуюсь ее личной жизнью.

– И что? – спросила Иден.

– Я перестал делать это. Я оставил ее в покое.

– А теперь ты хочешь… – улыбнулась Иден, – чтобы я в благодарность оставила в покое тебя?

– Да, Иден, именно это я имею в виду. Сделай мне подобное одолжение, не так активно занимайся устройством моей жизни.

– Ну что ж, дорогой отец, решать тебе, я просто посоветовала.

Но СиСи уже вновь улыбался.

София оставалась сидеть одна за столиком. Она через всю террасу следила за СиСи и Иден. Ей хотелось подойти, но она понимала, что сейчас у Иден и СиСи серьезный разговор. Она была счастлива сегодняшним днем.

– Мы так редко собираемся все вместе, – вздохнула Иден.

– Но и сегодня всех не было.

– Нас, Кэпвеллов, слишком много, чтобы мы могли собраться все.

– Надо придумать какой-нибудь праздник, – предложила Иден, – такой, куда соберутся все – и те, кто в ссоре, и те, кто любят друг друга.

От упоминания о ссоре СиСи наморщил лоб: он вспомнил разговор с Грантом.

– Извини, отец, – быстро поправилась Иден, – если я сказала что-нибудь лишнее.

– Да нет, здесь моя вина, – успокоил дочь СиСи, – ты здесь ни при чем. Спасибо тебе за вечер.

Официант, с которым Иден договорилась о встрече, стоял в почтительном отдалении. СиСи краем глаза заметил его, но не стал ничего уточнять, он просто вернулся к Софии.

– Ну что, мы идем с тобой в клуб?

– Придется пойти, – развела руками Иден, – я уже здесь лишняя, сделала все, что могла.

Официант предложил руку, Иден ее приняла и они вместе спустились к машине.

– Вот за что люблю загородные бары и рестораны на берегу моря, так это за свежий воздух. Ни один кондиционер не сравнится с вечерним бризом.

Официант улыбнулся. Он открыл дверцу машины и помог Иден усесться.

– Мы сейчас помчимся вдоль побережья и этого Удовольствия – я имею в виду бриз – будет хватать даже с излишком.

Сантана и Кейт не выдержали долгого сиденья порознь. Сантана, улучив момент, когда Кейт посмотрел на Нее, махнула рукой. Тот быстро поднялся из-за своего стола и подошел к Сантане. В "Ориент-Экспресс" было Уже довольно шумно, на сцене играл небольшой оркестр.

Кейт отодвинул стул и сел рядом с женщиной.

– Теперь ты уже не боишься, что нас увидят вместе? Сантана поджала губы.

– Нас с тобой уже достаточно сегодня видели вместе. Разом больше, разом меньше – ничего уже не исправишь.

– Надеюсь, ты не очень расстроена?

– Я все время сидела и думала об этом телефонном звонке.

– Это ты мне звонила, – сказал Кейт, – тут сомнений не может быть.

– Кто бы это ни был, он знает про нас.

– Это было бы очень странно, даже невозможно, – признался Кейт.

Сантана подперла голову руками.

– Я могу согласиться, что звонила я. Может, потом забыла… Не знаю как это произошло. Кейт, со мной в последнее время случаются странные вещи.

– Сантана, с тобой все в порядке? – забеспокоился Кейт.

– Да, вроде бы все в порядке. Но, Кейт, со мной случаются странные вещи. Иногда, когда я ложусь спать, то не помню, что делала днем.

– Сантана, это как раз тот случай.

– Да? Ты смеешься. Неужели думаешь меня этим успокоить? – Сантана терла виски кончиками пальцев.

Кейт с беспокойством смотрел на свою подругу.

– По-твоему, Кейт, я схожу с ума?

Кейт взял руку женщины. Та хотела ее вырвать, но мужчина держал крепко.

– И мы оба знаем, Сантана, почему мы несчастливы, кто причина твоих бед.

Сантана оглядывалась по сторонам, натыкалась взглядом на малознакомых ей людей – постоянных посетителей, но никого из близких друзей не было. Она немного успокоилась и только попросила Кейта убрать руку под стол. Он сжимал ее ладонь до боли.