– Передай бинокль мне, – велела Лизавета. – Подарки нельзя выбрасывать. Потом, когда вернёмся на Большую Землю, отнесу его в починку.

– Извини, так получилось.

– Ничего, соратница. Я не в обиде. Главное, что преодолено очередное препятствие. Ещё неизвестно, как бы оно всё обернулось – без твоего меткого броска.

– Ну, милые барышни, прояснили отношения? – спрятав рюкзак с надувной лодкой под густыми ветвями старой ели, вмешался в разговор Подопригора. – Это хорошо…. Жека, пробы отобрал? Упаковал? Просто замечательно…. Тогда разбираем поклажу и выступаем, – указал рукой направление. – Главный ориентир – сегодняшний устойчивый ветер. Он должен дуть в левую щёку. Птичка и Рыжий, вы следуете первыми. То бишь, вновь назначаетесь разведчиками. У вас неплохо получается.

– Польщены, конечно, – усмехнулся Пашка. – А как быть с оружием? Невооружённый разведчик – насмешка природы…

– А где же, боец, твой штатный карабин?

– Сам же знаешь, что его андроид разломал. Сволочь лохматая. Виноват, каюсь. Так, вот, получилось…. Но, всё же. Как теперь быть?

– Ружья, извини, не дам, – равнодушно пожал плечами Сергей. – Самому пригодится. Вот, держи, – протянул стандартную ракетницу. – Хорошая штуковина. И сигнал подаст, и противника может напугать. А если прицельно пальнуть в супостата метров с восьми – десяти, то и нанести серьёзный урон – вполне реально.

– Спасибо и на этом.

– Пожалуйста…. Вопросов нет? Тогда…. Стоп. Ещё одно. Двигаемся – на этот раз – ещё медленнее и осторожнее. Со скоростью не выше двух с половиной километров в час. Всё, нотации и инструкции завершены. Вперёд, гвардия!

– Нотации и инструкции, понимаешь, – минут через пятнадцать принялась ворчать Натка. – Мол: – «Быстро ходить запрещаю. Максимум – два с половиной километра в час…». Командир хренов. Да тут быстрей и не получится, сколько ни старайся. Кочки и рытвины, буераки и болотины, елки и сосны, вывороченные вместе с корневищами. Не разгонишься…. По какому поводу ухмыляешься, Рыжий?

– Ты очень забавная. Когда сердишься, я имею в виду.

– Забавная?

– Я хотел сказать – очень милая, – поспешил уточнить Назаров.

– Совсем другое дело. Можешь, когда захочешь…. Кстати, а что это у тебя, идейный аномальщик, с голосом?

– Ничего. Совершенно нормальный голос…

– Совершенно ненормальный, – возразила Наталья. – В том смысле, что задумчивый и слегка подозрительный. Меня, Павлик, не проведёшь. Я тебя знаю как облупленного…. Ну, о чём задумался-то? Колись, не скрытничай. Что тебя, оболтуса легкомысленного, беспокоит? Или же – кто?

– Женька и Валентина, – тяжело вздохнув, признался Пашка. – Ведут они себя как-то неправильно.

– То есть?

– Ну, избыточно бодро, оптимистично и бесстрашно. Мол: – «Глухие кайманы? Не боимся ни капли. Летающая Золотая Баба? Ерунда свинячья и детский лепет. Робот-андроид, искусно загримированный под страхолюдного снежного человека? Подумаешь. И не такое видали…. Вперёд! Ни шагу назад! Главное – добраться до Мутного Леса и разобрать тамошнюю аномальную зону на составные части…». Из комедийной серии: – «Все опасности и невзгоды нам, отвязанным храбрецам, будут трын-трава…». А, ведь, во время двух совместных сессий близнецы Петровы – кстати, будущие гидрогеологи – ничем таким не отличались. Ни гусарской отвязанностью, ни задорной бесшабашностью. Наоборот, вели себя тихохонько, не высовываясь, словно мирные домашние хомячки…. К чему оно, такое неожиданное перевоплощение? Чувствую – одним известным местом – что неспроста…

– Тр-р-р, – угрожающе прострекотало где-то рядом.

– Что это ещё за хрень? Сорока балуется?

– Молчи, Рыжий, – дёрнула его за рукав штормовки Натка. – Остановись. А теперь, плавно повернув голову и не делая резких движений, посмотри направо.

– Ёшки-матрёшки.

– Вот-вот, и я про то же…

На приземистом гранитном валуне, гордо торчавшим из пышных бело-зелёных мхов, располагалось…м-м-м, нечто.

– Где-то я уже видел этого уродца, – тихонько прошептал Назаров. – Светло-оранжевое тельце, покрытое редкими узорами и похожее на обыкновенное осиновое полено, с которого предварительно ободрали кору. Длинные и тонкие ручки-ножки. Вытянутая голова, практически без шеи – просто торчит из «осинового полешка». Нос напоминает длинный кривой сучок. Кривой тёмно-бордовый рот. Глаза – тёмно-зелёные круглые плошки с чёрными змеиными зрачками…. Не, определённо, знакомый типаж.

– Тр-р-р, – вновь коротко и угрожающе прострекотал «типаж», после чего перешёл на русский язык: – Прочь отсюда, мерзкие людишки! Прочь! У-у-у-у! Покусаю-ю-ю…

– Заткнись, морда осиновая. Покусал один такой, как же. Замучаешься пыль глотать, как говорит наш брутальный российский Президент…. Где же я раньше лицезрел данную зверушку?

– В телевизоре и лицезрел, – любезно подсказала Птичка. – В далёком голоштанном детстве. Мультик такой был про…, не помню уже про кого и про что. Но был там один приметный персонаж по имени – «Леший», здорово похожий на этого тонконогого скандалиста…. Кстати, Павлик, а почему мы с тобой совершенно не боимся этого ярко-выраженного представителя Нечистой силы? Ну, ни капельки?

– Наверное, потому, что уже точно знаем его истинную природную сущность. Мол, очередной местный робот-андроид, не более того.

– И что он здесь делает?

– Выставлен, надо полагать, в качестве бдительного сторожа на очередном охранном кольце, – демонстративно погрозив «Лешему» кулаком, важно известил Пашка. – Дабы отпугивать назойливое население Земли от тайного Мутного Леса. Который, на самом деле, является,…э-э-э….

– Чем, не расслышала, является?

– Скоро узнаем. Непременно. Только сперва до этого Леса надо ещё добраться.