– Что будет, если мы упустим хотя бы одного скрыта?

– Что будет?
– повторил мой вопрос Ратибор, а затем, почесав бороду, с долей веселья ответил, причем весьма лаконично:

– Пиздец будет.

– А если серьезно?
– строго глянув на телохранителя, решил уточнить я последствия. И воин, глянув на меня, ответил. Да так ответил, что лучше бы я не спрашивал. Потому-что если верить его словам, каждый упущенный скрыт, это в перспективе – уничтоженный город! Нет, благодаря участию в группе исследователей я конечно же знал, что скрыты могут каким-то образом заражать простых разумных. Но одно дело знать о возможности, и совсем другое столкнуться с подобным наяву!

– ...так что постарайся не упускать. Добро?
– отвлекшись от мыслей, я обнаружил что прослушал речь Ратибора. Наверняка прочувствованную, и призванную взбодрить, внушить уверенность молодому мне... но, к сожалению, услышал я только концовку. Тем не менее утвердительно что-то промычав, я истово закивал. И натолкнулся на подозрительный взгляд телохранителя... в общем, до самых казарм мы молчали.

Переодевшись, и перекусив, предварительно убедившись что на кухне сегодня дежурил не Негн, я заперся у себя в комнате, возблагодарив богов за то что маги в армии практически то же самое, что и офицеры, и потому вполне могут претендовать на отдельную жил. площадь. По идее, мне стоило бы проверить артефакты и амулеты, может быть почитать книгу, или подумать над тактикой борьбы со скрытами в условиях ограниченного применения плетений... но мне слишком хотелось спать. И потому, прекрасно понимая, что пользы от моего полуспящего мозга будет немного, я лег спать...

***

Наблюдая за мужчиной лет сорока, прикованным к столбу, вкопанному в мостовую, я размышлял. Размышлял о том, какой же я... ДЕБИЛ!!! Биться над способом совмещения живого и мертвого, и не обратить внимания на то что эта проблема уже решена... воистину, дебил! Ведь скрыт, он внутри – мертвый, но при этом снаружи – живой! И как я раньше об этом не подумал...

– Но ничего, мы с тобой разберемся, какого некра ты не дохнешь. Ты мне все расскажешь!
– довольно улыбаясь, сообщаю я скрыту. Он, к сожалению, молчит, со злобой глядя на меня. Не понимает, что его жертва сделает для науки!

– Ты, главное, не беспокойся. Я все сделаю аккуратно.
– опускаясь перед скрытом на колени, бормочу я. И достаю из сумки, взятой с собой, кинжал и жгут. Кинжал – срезать кожу и мышцы, чтобы посмотреть как там у него все устроено. Жгут – чтобы тело разумного не истекло кровью раньше времени.

Наложив жгут в районе локтя, я начинаю срезать кожу с кисти. Вот только... практики у меня в этом деле маловато, и потому выходит довольно таки грубо. Да и... само чувство, что я режу ЖИВОЕ тело разумного не добавляет прелести сему процессу.

– Дилетант. Дай – я!
– вырывает у меня из руки кинжал Ратибор, и споро и быстро освежевывает руку скрыту до самого жгута! От вопроса, откуда у него такие навыки, я воздерживаюсь – не думаю что и правда хочу это знать. Только с благодарностью киваю в ответ, и перехожу на Глаза Хель, изучая структуру тела и энергоструктуры ауры. И понимаю что... ничего не понимаю. На вид – все вполне обычно, как в учебнике. В смысле, все как у живого разумного.

– Он обычный!
– с обидой восклицаю я. Но затем, решив не отчаиваться, киваю Ратибору на руку скрыта:

– Сними все мышцы. Мне нужно увидеть его кость.

В ответ ловлю странный взгляд телохранителя, но, немного помявшись, он уверенно берет нож в руки, и быстрыми, привычными движениями начинает срезать мышцы. Начиная от локтя, и переходя к кисти. Я наблюдаю за процессом с помощью Глаз Хель, и опять же не вижу ничего стра...

– Берегись!
– с силой бью Ратибора в грудь, отталкивая его назад, и вовремя – усилившаяся аура скрыта, прорвавшаяся в месте надреза, бессильно развеивается в воздухе. Но всего мгновение назад там, в месте всплеска тьмы, была рука Ратибора...

– Какого некра, магик?
– потрясенно вопрошает воин, сидя на заднице на мостовой, и потерянно глядя на меня.

– Ты только что чуть не стал скрытом. Если я правильно понял произошедшее.
– внимательно глядя на возмущения в ауре скрыта, и постепенное изменение ауры в районе надреза, ответил я. Аура изменялась не абы как, она... выцветала. Из обычной человеческой ауры она превращалась в ауру некра! И притом, только на руке скрыта! В остальном же он определялся как любой другой разумный!

Дождавшись, пока прекратится поток ругани со стороны здоровяка, и сойдет бледность, я попросил его найти топор и отрубить руку скрыту. Как ни странно, он послушался, и довольно быстро нашел топор, взяв его у солдатни, стоявшей в окружении. Но... сам рубить отказался.

– Магик, иди-ка ты туда, где солнца не видно!
– это наиболее приличное из всех его выражений. Посетовав на грубость и косность разумных, я взял топор, и занес его над рукой скрыта.

– Прости, но наука требует жертв. Да и руки к живым разумным тянуть не надо!
– с извиняющей улыбкой молвил я, опуская топор...