– Знакомая теория, но не оригинальная.

– Безусловно. Оригинально наше предложение: Вы светский человек, не священник и Вы способны здраво мыслить. Недаром же почти во всех цивилизованных странах министры обороны гражданские. Только гражданские способны контролировать и усмирять амбиции военных. Пусть мне лично это и не очень по нраву, но это логично. Кстати, военным проще договориться, потому, что они используют конкретные расчеты, а религиозным деятелям договорится или не удается, или очень не хочется, потому, что Иисус и Аллах – это бренд. Это марка. Они приносят средства и немалые. Вы можете, используя свои связи, образование, уважение к Вам очень многих влиятельных людей, стать во главе мировой религиозной общины, построенной на основе фактов истории, отталкиваясь от того, что вначале было слово, и слово это было сказано волхвами! Хотя под словом «слово» я имею в виду то, что действительно имелось в виду. – Шрайбер засмеялся. – Витиевато у меня получается, да? Не «слово» было в начале - была «идея», «проект», «задача» и еще много вариантов, если уж точно переводить «логос» с древнегреческого.

Масоны – это истинные продолжатели дела волхвов – Вы должны это понять. Масоны, если смотреть на ваши ритуалы, язычники и основные враги христианской веры. Младенец был найден, и этому способствовали знания древних. Он стал тем, кем он стал, и звали Его Иисус. Но! Он только один из многих, кто достоин полонения. В этом разница наших подходов: тех, кто хочет объединить Пророков и нас, кто хочет, чтобы Вера была не предметом мистификаций, а высшим постижением науки и культуры разных народов – смыслом существования человека перед неизбежностью жизни и смерти. Словом, совершенно экуменическая идея веры в собственную божественную сущность, но с абсолютным принятием Верховного Божества.

– Ничего себе. Это не просто витиевато – это…. Честно говоря, я в замешательстве. А как быть с теми, о ком Вы сказали? Об отце Иисуса, о потомке Иуды? Они как вписываются в Ваши планы?

– Они реальное доказательство событий, происходивших две тысячи лет назад. Они должны быть представлены миру, как люди, у которых нет ничего от сверхъестественных существ. Просто артефакты и не более того. Но не это главное. Главное то, что загнивающая западная цивилизация должна, наконец, признать, что все, чем она гордится, связано с Востоком. Религия, наука, культура, письменность, медицина. Все! И нельзя противопоставлять Запад Востоку, как нельзя и наоборот. Нельзя делить мир на части – последствием этого станет общая беда.

– С этим трудно спорить, но с этим никто и не спорит.

– Спорите. Танками, оружием, западными так называемыми ценностями. Оставляя в нищете и разрухе великие цивилизации под вывеской их развития. Как можно развивать то, что неподвластно вашим умам? У вас есть свет только благодаря нефти с Востока, у вас есть украшения только благодаря алмазам с Востока, у вас есть наука, театр, медицина только благодаря тому, что вы смогли украсть с Востока. Что вы противопоставили чаю? Кока-колу? Смешно. Стоит перестать продавать вам нефть и вам конец. Не взлетит ни одна из ваших ракет, которыми вы бомбите тех, кто дал вам все, что вы имеете и даже вашу жизнь.

– Теперь я, кажется, понимаю, что Вы не из Пентагона. Из Ваших слов возникает мысль, что Вы представляете совершенно противоположную сторону. Еще немного и Вы скажете мне, что терроризм – это только крик боли.

– Именно. Но, опять же все не так прямолинейно. Не надо путать воинов и бандитов. Никто не оправдывает виновных в злодеяниях! Терроризм – это преступление и бандитов надо наказывать. Просто надо сесть за стол и договориться о том, что есть Восток и что есть Запад. У каждой из этих двух сторон есть то, что они могут предложить друг другу. Для этого необходима воля, совесть и стыд. Но, где они сегодня, если у каждого западноевропейского патриота на счетах деньги, которые они украли у Индии, Афганистана, Пакистана, Ирана, Ирака…?

– Логика есть, но что Вы предлагаете?

– Мы предлагаем создать силу, голос которой все услышат. И это точно не ООН или любая другая организация, которой управляют такие как Вы. Только истинная и справедливая вера, построенная на соблюдении прав каждой из сторон, способна заставить людей договориться. Заставить людей поверить в новую веру не путем отрицания, а путем признания истины.

– Но, почему я?

– Потому что именно Вы можете взяться за это дело непредвзято. Именно потому, что масоны не могут считаться истинно верующими, ибо никто иной как масоны являются настоящими язычниками. Никто иной, как масоны готовы возглавить новую церковь, отказавшись от своих мистификаций и явив миру открыто свои ценности, храмы, книги философов – все, чем они обладают. И еще, потому что такой человек, как Вы – честный, неподкупный, истинный и верующий пусть и в ложную идею из детских сказок, может сделать так, что ему поверят и его станут слушать.

– Вы хотите сказать, что…

– Великий Мастер масонской Ложи, почему Вы думаете, что Вы умнее всех остальных. – В голосе Шрайбера возникли неприятные нотки.

– О чем Вы?

– Я уже битый час, вместо того чтобы наслаждаться приятной кампанией и телятиной, пою Вам дифирамбы в надежде, что Вы наконец поймете наши благие намерения и доброе расположение к Вам лично. Такие предложения делаются только один раз, не так ли? А Вы пытаетесь свести наш разговор к теолого-историческому спору двух студентов. Нехорошо это, нехорошо.

– Я чем-то Вас обидел?

– Не меня. Вы себя можете обидеть. Вы же прекрасно знали и про Люсьена и про то, кто он, не так ли? Вы даже участвовали в попытке его отравления, то есть пытались помешать нам. И это значит, что Вы знали о наших целях, верно?

– Это совершенно не так! Помилуйте, я согласился, что некоторая доля успокоительного поможет юноше придти в себя, чтобы обрести равновесие и…

– И чтобы доставить его, как чемодан к тем, против кого мы и действуем.

– Еще раз – не так! Я знал, что за ним охотятся…