– Юлька? – неуверенно прошептала Инна. – Но как? Ведь тебя нет! Ты мертвая!

– Глупая ты! – Юлия рассмеялась, откинув голову. Как ни странно, Инна не разглядела на ее голове волос… Либо их не было, либо они терялись в ярком блеске инструмента. – И вовсе я не мертвая. Куда вы смотрели и о чем думали, что так спешили меня похоронить? Могли бы не тянуть и закопать меня заживо!

Вот тут Инне стало по-настоящему страшно. Тем более что Юля протянула к ней руки, украшенные алым маникюром. Обогнув ее на приличном расстоянии, Инна выбежала из комнаты. Сестра все также хохотала, и где-то вдалеке ей вторил грубый смех Виктора…

– Нет! – закричала Инна, падая на пол и закрывая уши. – Простите меня, умоляю! Оставьте меня в покое…

Ответом ей была тишина. Двери перестали хлопать, затихли страшные звуки, доносившиеся из всех комнат. В коридоре зажегся свет. Во всем доме установилась комфортная температура вместо изматывающей жары. К своему счастливому удивлению, Инна даже услышала простой земной голос молодого мужчины, который спрашивал ее о чем-то…

*

Теперь Михаил поверил Денису. А именно – его словам о том, что кто-то проник в дом и хочет причинить вред к Инне.

Когда он подъехал к коттежду, было уже темно. Белов остановил машину около ворот и увидел, что они не заперты. Замечательно! В доме происходит непонятно что, а охрана даже не закрывает территорию. На воротах отключена сигнализация. Тоже неплохо… Похоже, что прислуга здесь, в отличие от хозяев, совсем ничего не боится…

Михаил постучал в окно низенького домика охранника, но ему никто не ответил. Тогда молодой человек посветил фонарем, найденным в машине, в полуоткрытое окно. Охранник спал на диванчике и совершенно не реагировал на свет и шум, произведенный поздним посетителем. Проходи, кто угодно, и бери, что захочешь!

Дверь дома была заперта, но это уже не составляло для Михаила проблемы. Не нашлось еще такой двери, которую он не смог бы открыть. Молодой человек аккуратно вставил в скважину тоненькую железную палочку, повернул два раза. Вот и все, он уже в гостиной коттеджа.

Дом мирно спал. Свет нигде не горел, кроме комнаты домработницы. По-видимому, добрая женщина думала, что Инне может что-то понадобиться, и поэтому оставила ночную лампу включенной. Михаил включил фонарь на самое маленькое освещение и отправился на второй этаж.

В его голову лезли самые разные мысли, образы и воспоминания… Вот Инна спит в его квартире, подложив под щеку ладонь. За взлохмаченными светлыми кудрями совсем не видно ее лица. Под тонким одеялом соблазнительно вырисовываются изящные стройные ножки. Казалось бы, чего он у нее не видел – все-таки долгое время жили вместе?

Или другое. Как-то они вместе уснули в лесу, куда отправились на шашлыки с друзьями. Их было четыре человека – две пары, и две палатки. Одна для девушек, другая – для мужчин. Рано утром Михаил отправился в женскую палатку, чтобы позвать Инну искупаться. Ночью всех замучили комары, и девушка была укрыта одеялом от подбородка до пяток. Однако ее нежная смуглая щека, неприкрытая одеялом, и чуть выскочившая из принадлежащей ему черной майки грудь вызвали в нем столь бурные ощущения, что он был вынужден отправиться к реке один – необходимо было снять возбуждение.

Да, ему всегда нравилось смотреть на спящую Инну. Во сне она была похожа одновременно на невинного ребенка и порочнейшую из женщин. В такие моменты его одолевали нежность и похоть одновременно. Ему было интересно – в какой одежде и позе спит она сейчас? И спит ли вообще?

Михаил прекрасно понимал, что не должен погружаться в мысли об Инне… Их отношения давно закончены, и было бы слишком больно для них обоих вспоминать о прошлом. К тому же с тех пор многое изменилось. Например, у нее появился мужчина, который ждет ее по вечерам в ее комнате. Почему тогда этот таинственный поклонник не появился, когда случилась беда с Инной и Денисом, и не помог им? Странные, однако, у нее с ним отношения. Достаточно обособленные. Тем не менее, они, по ее словам, встречались довольно часто…

А вот его самого никто не ждал. И еще – слишком многое стояло между ними. Много ненависти, обиды, недосказанных слов и поступков без объяснений. Белов прекрасно понимал все это. Но куда деть сильнейшее влечение, которое он продолжал испытывать к девушке все эти годы, и пустоту в душе, которая появилась с момента их расставания и ничем не могла быть заполнена?

Белов так увлекся своими раздумьями, что не заметил, как споткнулся на последней ступеньке лестницы, ведущей на темный второй этаж, и выронил фонарь. К счастью, тот не погас. Когда молодой человек поднял голову, увидел из другого конца коридора слабый свет, а в нем – невысокую хрупкую фигуру.

– Инна! – позвал он. – Это ты?

Она поставила на пол маленькую лампу, ускорила шаг и через несколько секунд уже прижималась к его широкой груди. Михаил прижал ее к себе, ощущая под руками шелковистые волосы и гладкую кожу, провел руками по мягкой ткани платья, которое было на ней, и на минуту оказался совершенно далеким от реальности.

– Ты здесь! – прошептала Инна. – Как хорошо! Ты знаешь, мне очень страшно здесь одной, несмотря на охрану…

Оно и понятно, подумал Михаил, вспоминая открытые ворота, отключенную сигнализацию и спящего охранника. Куда смотрел Денис, когда брал на работу этих двух здоровых и совершенно бестолковых мужчин?