– Вымогатели!
– простонала я, но поплелась готовить.

Ни для кого не секрет, что любая одиноко живущая девушка для себя не готовит. Да и зачем? В эпоху йогуртов и еды 'запарь-за-пять-минут' это лишняя трата времени, сил и продуктов. К сожалению, у меня были еще два рта от которых овсянкой не откупишься, так что работать по профессии приходилось через день.

Нет, готовить я люблю. Зато терпеть не могу все это мыть после процесса. И если для посуды еще имелась маленькая посудомойка, то в сторону пола и горизонтальных поверхностей это не работало. Да и кастрюли приходиться мыть вручную.

– Ненавижу вас, - в очередной раз сообщила проглотам. Те промолчали, завороженно следя за готовящимся обедом.

До субботы я вдохновенно творила шедевры средневековой фентези для какой-то игрушки, и про встречу не помнила вовсе. И даже субботним утром, которое началось для меня около четырех часов ночи с внезапно озарившей идеи, не помнила пока не заорал благим матом сотовый.

– Умгум?
– промычала, нашаривая сотовый где-то под подушкой.

'Очнись, дура, тебе в парк через два часа!' - гласило напоминание.

– О, Боже...

Вставать не хотелось до ужаса, глаза отказывались разлепляться, но настойчивый пес уже почуял возможность вылезти из дома на долгую прогулку. Он прыгал вокруг кровати, радостно скуля, и то и дело норовил зубами стащить одеяло.

Что поделаешь, пришлось вставать.

Ночное хвостатое создание проигнорировало открытую дверцу клетки, и продолжило спать, внушая зависть одним своим видом.

– У, зараза!
– пригрозила я ей кулаком.

Крыса продолжала видеть сны.

Сборы шли полувяло, настроение обреталось где-то в районе плинтуса. Не стала выдумывать на счет наряда: напялила последние чистые джинсы и последнюю же чистую майку, кое-как отчистила кроссовки от грязи, одела и их тоже. Все та же почтальонка через плечо, как же вовремя я ее нашла! песий поводок и - вперед.

До парка пешком и короткими перебежками было больше часа, но к назначенному времени мы успели. Рэм заинтересованно крутил мордой, провожая взглядом каждую собаку, но особо не выкобенивался.

Аллейка художников, несмотря на ранний час, была полна. Начало выставки значилось на одиннадцать, а здесь народ уже кишел. Ребята сегодня должны хорошо заработать.

Мощную фигуру гиганта, на голову возвышавшуюся над толпой, видать было издалека.

– Привет!
– помахала, подойдя ближе. Рэм прямиком метнулся к ботинкам, но я его остановила.

– Привет, - одарил радостной улыбкой гигант. О, да у кого-то хорошее настроение!
– Опять твой пес смотрит на мои ноги. Ты его не кормишь, что ли?

– Считай это временным помешательством и не обращай внимания, - посоветовала.

Пес с поводка больше не рвался, но на ботинки поглядывал с хорошо заметным интересом.

– До начала выставки полчаса, - глянул на наручные часы.
– Куда пойдем?

Я пожала плечами.

– Просто погуляем.

'Просто гулять' с гигантом оказалось неожиданно интересно. Он не давал мне уйти в себя, и заблудиться в своих мыслях, все время что-то говорил, рассказывал, шутил. И, хотя невыспавшаяся я, это та еще компания, ему тоже, кажется, было комфортно.

– Хочешь есть?

– Нет пока.

– Держи!
– всучил палочку с сахарной ватой, бешеного розового цвета, взамен забрав поводок.

Рэм, лохматый предатель, слушался мужика мало того, что беспрекословно, так еще и с явным удовольствием.

К началу выставки я стала обладательницей двух рожков с мороженным - мятным и шоколадным, воздушного шарика привязанного к ошейнику пса и растерянной гримасы.

Если бы я вздумала представить себе, что это такое, когда мужчина ухаживает за понравившейся женщиной, я бы представила себе данное действо именно так.

– Смотри!

На ринге вышагивали братья и сестры Рэма по породе - девять ирландских сеттеров, блестящих, с лоснящейся шерстью.

Ляпота.

Запиликал мобильный.

– Слушаю, - ответила после некоторых раздумий, над полузнакомым номером.

– Добрый день, вас беспокоит Илья Васильевич Летин...

– Пошел в задницу!
– огрызнулась и сбросила вызов.

Гигант удивленно смотрел на меня. Та-там, вот вам и свет творческой интеллигенции! Получите, распишитесь!