– Ты не бесполезна - тихо сказал Адам, когда я бессознательно смотрела на небольшие волны, стараясь придумать, как выкрутиться на ЕГЭ с химией.

– Что?
– рассеянно переспросила я глаза на парня.

Он смотрел на меня сняв очки. Его голубые глаза были тёплыми как летнее небо.

– Ты не бесполезна - повторил Бейлер осторожно беря меня за руку и сжимая её - наоборот, благодаря тебе в моей жизни есть хоть какая-то цель связанная с моими интересами.

– А как же банк?
– Знаешь, если бы родители не вложили в него столько сил и времени я бы его продал - задумчиво ответил Адам рассеянно поглаживая моё запястье большим пальцем. Приятно,блин!

– Продал? Как это?
– удивилась я.

– Пустил с молотка - усмехнулся Бейдер - это только со стороны кажется, что владеть банком здорово. На деле это как быть хозяином слона.

– Почему именно слона?

– Потому что вроде и престижно, и круто, но столько проблем, что просто руки иногда чешутся передарить его кому - ни будь другому.

– Правда?
– я рассмеялась - не знала, что это так хлопотно.

– Очень - устало вздохнул Адам -нет, я конечно знал, что именно мне достанется банк, ведь на Томаса даже не рассчитывали, но я не ожидал, что это произойдёт так скоро.

– А почему Томас не может взять банк себе?
– удивилась я поворачивая руку так, чтобы наши пальцы переплелись.

– Он не хочет. Нет, управлять он умеет - пояснил парень заметив, что я открыла рот чтобы уточнить - сама видела, какой он клуб отстроил, так что...но дядя сказал, что в гробу он видел всю эту нервотрёпку с банком и филиалами.

– Значит, он хочет, но не может?
– догадалась я.

– Да, вот и приходится мне нести ответственность.

– А кто-то из родственников у тебя ещё есть? Ну кроме Томаса?

– Есть двоюродная сестра мамы, но...я с ней ни разу не виделся. Так, звонила и поздравляла с Рождеством пару раз и всё.

– Значит, ты и Томас последние из рода Бейлер?

– Да - кивнул Адам рассеянно перебирая мои пальцы - больше никого не осталось. Всего десять лет и всё, остались только мы.

– Десять лет?
– спросила я наклоняя голову на бок и слегка прикрывая глаза. Было тепло, солнце ласково грело и дул легкий тёплый ветер. Настоящая весна! Подольше бы такая погода держалась.

– Да. Десять лет назад умер мой дедушка, потом бабушка и так далее. Ну и два, почти три года назад погибли мои родители. Вот и всё. Остался только Томас, который как ты заметила, умирать ближайшие лет тридцать не собирается точно.

– Ну, это не от нас зависит - пожала я плечами - кстати, а Томас это брат твоего отца?

Куда тогда девались остальные его братья? Ты же говорил, что их было много и твой папа рос среди парней. Совсем как в кадетских корпусах.

– Рос - подтвердил Адам - но рос и жил это две разные версии.

– Так они что, тоже...того?
– я сложила на груди и закатила глаза.

– Нет, они где-то живут, но фамилии у них другие - отозвался Бейлер - ещё вопросы?

– А на кого ты похож? На маму или папу?
– спросила я с любопытством в голосе - или и на того и другого?

– Нет, я пошёл в мать - отозвался Адам снова откидываясь на перила мостовой - мой отец был похож на Томаса.

– Блондин?

– Да. Только глаза голубые, как у меня - парень посмотрел на меня своими очами и улыбнулся - у мамы были тёмные глаза и серебряной радужкой, которая отделяла зрачок. Я до сих пор помню как любил смотреть ей в глаза. Словно тонешь в них. Папе тоже нравился необычный цвет маминых глаз.

– Значит, твой отец выглядел как чистокровный ариец?
– уточнила я.

– Не понял?

– Ну...помнишь, Гитлер как-то говорил, что истинный ариец, ну чистокровный немец, должен иметь светлые волосы, высокий рост и светлые глаза. Вся ирония в том, что сам Адольф Гитлер был темно волос, темно глаз и, вдобавок ко всему, был невысокого роста. Идеально под это описание подходили славяне, но их никто не брал в расчёт.

Адам молча прослушал лекцию о том, как должны выглядеть представители нации, в которой ему удостоилась честь родиться, и задумчиво перевёл взгляд на меня.