– За что повесили?
– поинтересовалась я.

– За руки - не стал разочаровывать меня парень подходя ближе - тебе правда нужно уйти?

– Да - кивнула я - иначе папа поставит меня на домашний арест и всё, приплыли. Так что лучше не рисковать.

– Не хочу чтобы ты уходила - прошептал Бейлер - кстати, ты подумала над моим предложением?

– Каким?
– рассеянно спросила я смотря на его татуировку. Я тоже себе тату хочу на руке, чтобы скрыть шрам от падения с велосипеда!

– На счёт переезда ко мне - ответил Адам - хотя если ты переспрашиваешь, значит ты забыла.

– Нет, я помню - не согласилась я - но пока не хочу.

– Почему?

– Хочу пожить для себя!
– возвестила я и взялась за ручку двери - ну ладно, пока.

Бейлер протянул руку и попытался меня схватить, но я оказалась проворней и вывернулась из его захвата. Засмеявшись рассерженному парню,я помахала ему рукой и пошла к лифту. Бросив взгляд через плечо, когда двери лифта уж почти закрылись, я заметила как Адам устало опёрся об косяк входной двери и запустив руки в волосы с отчаяньем смотрит в потолок. Мне это зрелище не понравилось и я хотела выйти из лифта, как он поехал вниз, унося меня обратно на землю.

На улице было холодно. Я поплотнее укуталась в кофту стараясь хоть как-то согреться и быстро пошла к автобусной остановке. Думаю, что если автобусы, которые у в нашем городе ходили до часа ночи, придёт быстро, то дома я тоже окажусь довольно скоро. Переступая с ноги на ногу, я обхватила себя руками и повернулась спиной к ветру. Интересно, а почему у Бейлер был такой вид, будто ему сказали, что завтра будет его казнь, а сегодня он ещё может наслаждаться жизнью? Может, с банком что-то не так? Да и уезжает он через два дня, это тоже веселья ему не придаёт, может ему так мозг так вынесут, как никому и не снилось. Пока я раздумывала над странным поведением, мне позвонила Ольшова.

– Да- ответила я подходя к подъезжающему автобусу вместе с девушкой и парнем, которые держались за руки и что-то говорили друг другу.

– Короче, если по сути, то твоих предков я кое-как уломала, причём твой отец поминал всю мою родню чуть ли не в десятом колене включительно, я даже не думала, что он со столькими моими родственниками знаком - отчиталась подруга - но тебе мозг тоже вынесут по самый не балуй. Ты там где?

– В автобусе еду - ответила я садясь на последнее место.

– Ну пока ты в процессе, подумай над тем как будешь оправдываться. Я сказала, что ты пришла ко мне на чай, но из-за того, что нас в школе загружают по самый не хочу, ты просто отрубилась, а я не могла тебя разбудить. Уяснила?

– Да,спасибо - поблагодарила я Киру - ты мой спаситель.

– И всё-таки, в чём дело?
– поинтересовалась Ольшова - вы что, с Бейлером опять отношения выясняли?

– Можно и так сказать - согласилась я.

– Вот неугомонные! И чего вам неймётся! Жили бы себе спокойно, так нет, всё им интриги нужны - ругалась подруга.

– Ну надо же хоть какое-то разнообразие, не так ли?
– спросила я неё.

– Тебе не кажется, что когда кто-то ругается почти каждый раз при встрече,это становится шаблоном?
– спросила Ольшова чем-то шурша.

– Что это ты там делаешь?
– подозрительно спросила я у неё.

– Да блин, у малой завтра выставка и меня препригли ей помогать - раздражённо ответила Кира - куда ты клеишь, паразитка мелкая?
– завопила Ольшова напрочь забыв о том, что говорит со мной по телефону - газ что ли нет?

– Но это же хвост!
– возмущённо отбивалась от претензий младшая сестра Киры - Карина, которая ходила в третий класс.

– Я тебе сейчас сама хвост натяну на шапку - пригрозила подруга что-то отбирая у Карины - пшла от сюда, коли руки не из того места растут!

– Кира!
– возмутилась я - ты что творишь?

– А что такое?
– удивилась Ольшова гремя в телефоне.

– Ты чему Карину учишь?

– Да чему её учить?! Она сама учёная! Матов,блин, побольше твоего знает!

– Ещё бы! У неё хороший учитель - не съязвить я не могла.

– Ага,если бы - отпарировала Кира - да я таких слов не знаю! И вообще, если я ругаюсь, то только на немецком, ну или на украинском, да ты и сама знаешь.

Что верно,то верно. Не смотря ни на что, Ольшовой русский язык нравился, и она на нём почти никогда сильно не ругалась. То ли дело немецкий...самое безобидное ругательство, которое знает Кира, это "шайсе" ( позвольте я не буду переводить). Но Карина, как это ни прискорбно, способностей старшей сестры в изучении языков не унаследовала. Поэтому ругалась Карина только на русском, что очень забавляло Киру и совершенно не забавляло её родителей.