– Если ты поищешь в Интернете, - Дженни солгала.

Она помотрела в окно и увидела, через поле, старый флюгер петуха на вершине большого, выцветшего дома.

– Имя дизайнера, гм, Рустер.(прим. перевод: Рустер - в переводе с английского значит "петух". Дженни издевается)

– Никогда не слышал о нем.

– Это неизвестный дизайнер, - Дженни быстро ответила, отметив, что парень, одетый в полированную, розовую майку поло, и сидящий позади них определенно прислушивался к их разговору. Дженни пыталась посмотреть, что он печатает на своем BlackBerry, но он накрыл рукой экран, когда заметил, что она смотрит на него.

– Ты. . . ты должна прийти как-нибудь в Бард, - Сэм продолжал.
– У нас убийственные вечеринки. Великие ди-джеи и персонал.

– Хорошо, - Дженни ответила через плечо, подняв .
– Хотя, знаешь, учащимся Уэйверли не разрешается танцевать с сексуальным подтекстом.

– Я не расскажу о тебе, - ответил он, не отрывая глаз от ее груди.

– Пока, Сэм, - Дженни помахала рукой, используя ее самый кокетливый, музыкальный голос. Она сошла с поезда на платформу и сделала глубокий глоток свежего воздуха...

Новой Дженни бы немного привыкнуть!

Мгновенные входящие сообщения в сети школы:

РайанРейнольдс: Эй, Бэнстер. Добро пожаловать домой, девочка!

БэнниКаннингэм: Привет, милый! Как жизнь?

РайанРейнольдс: У меня была худшая поездка сюда в нашем самолете. У моего отца маньяк пилот, и они кричали друг на друга все время, и разгонялись все быстрее и быстрее. . . .

БэнниКаннингэм: В следующий раз ты должен полететь со мной. Мы вместе устроимся под кашемировым покрывалом.

РайанРейнольдс: Боже, ты задира. Эй, ты видела фото Келли в журнале Атланта?

БэнниКаннингэм: Нет, но я слышала, что это чуть не погубило ее маму. Она должна была нанести ущерб управлению ДоброеУтро Атланта!

РайанРейнольдс: Да, К (прим.перев.: К - сокращенно от Келли) выглядит взрывно на фото.

БэнниКаннингэм: Она все еще с ИВ? Я собираюсь завладеть им, если нет.

РайанРейнольдс: Не знаю. Кто-то сказал мне, что они видели его танцующим с какой-то великолепной девушкой с действительно голубыми глазами и черными дредами в Лексингтоне.

БэнниКаннингэм: Это звучит как Тинсли. За исключением дредов.

РайанРейнольдс: Я знаю. Жаль, что ее не будет на вечеринке.

БэнниКаннингэм: Серьезно.

2

СОВЫ УЭЙВЕРЛИ ДОЛЖНЫ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ ЖЕЛАНИЮ ОБЛИЗАТЬ СВОЕГО ПАРНЯ С НОГ ДО ГОЛОВЫ.

Келли Вернон поставила багаж на площадке возле комнаты 303 общежития Думбартон и огляделась. Комната была точно такой, какой она, Бретт, Тинсли оставили ее, за исключением отсутствия пустых бутылок диетической кока-колы, пепельницы, заполненной окурками сигарет Парламент, и CD дисков, разбросанных по всей комнате.

Прошлой осенью, потому что они были только второкурсниками, Келли и ее двое лучших друзей, Бретт Мессершмидт и Тинсли Кармайкл, были заселены в ужасную, тесную комнату с одним окном.

Но тогда Тинсли подкупила трех тупых старшекурсниц, чтобы поменяться с ними в первую неделю в школе, обещая им приглашения на лучшие тайные вечеринки.

Они хотели эту комнату, потому что она была больше, чем большинство, с окнами видом на реку Гудзон, и потому что она была близко к пожарной лестнице - идеально подходит для тайных вылазок после комендантского часа.

Бретт еще не вернулась в школу, а Тинсли была исключена в конце прошлого года. Они были пойманы с экстази на середине поля для регби в пять часов утра г-ном Перселлом, встревоженным учителем физики, который любил бегать со своими тремя безупречно ухоженными ризеншнауцерами до восхода солнца.

Это был первый раз, когда они пробовали Экстази, и он поймал их в тот момент, когда хотел заставить прекратить смеяться над смешно выглядящими собаками, прежде чем понял, какие огромные проблемы были у них.

Девушки были все вызваны в кабинет главы магистратуры - первая Тинсли, потом Келли, и затем Бретт, - но только одна имела реальные проблемы, это была Тинсли, которую сразу же выгнали из Уэйверли.

Келли мельком увидела себя в Windexed зеркале в античной оправе из дуба и расправила белый Jill Stuart топ и плиссированную лимонно-желтую Tocca юбку. Она потеряла несколько фунтов в течение лета, и боковая молния продолжала скользить вокруг ее пупка. Келли была худой сейчас, может быть, слишком худой. Ее волосы были длинные и мохнатые, и ее круглые, карие глаза были овеяны толстыми, светлыми ресницами. Она сморщила губы, послав воздушный поцелуй в зеркало и почувствовала тревожное трепетание в груди. Все это лето Келли измучилась, думая о том, почему выгнали Тинсли, а ее и Бретт нет. Бретт устроила это все таким образом?