Всю весну мистер Нильсон позволял мне тренироваться среди других новичков. После утренних разминок я, как и все, приходила на арену в поисках сильного противника, и оставляла все свои силы на ней. Каждый новый бой проводился с новым соперником, отчего мастерство оттачивалось на разных уровнях. Откровенно говоря, в моих предпочтениях было вести бой с противоположным полом. И на это было несколько причин. Во-первых, среди Зверей Крови самыми сильными были мужчины, а я не искала легких путей. Каждый поединок, заканчивавшийся моей победой, как бы снова говорил мне, что я стою многого. Во-вторых, ребята, хотя и опасались того, что моя кровь несла несколько Даров, не могли этого показывать. Они держались мужественно, порой заставляя себя идти на то, чего на самом деле не хотели. И это тоже мне было на руку. Мне не приходилось сражаться с девушками, которых мои приемы приводили в шок. Нильсон добился своего. Каждый раз, выходя с Кровавой Пеленой на глазах, во мне просыпалось нечто дикое, обуздать которое у меня не было сил. И, видя мою ярость, многие противники просто заранее сдавались.

Сегодня с самого утра я работала так усердно, что свободная майка, закрывающая мою грудь, уже полностью намокла. Конечно, сейчас я еще не вызывала эффект Кровавой Пелены, ведь пока в нем не было надобности. Силы нужно было хранить до боя. Настало время завтрака, и мне пришлось прерваться перед тем, как снова броситься в сражение с самой собой. Со своими страхами и сомнениями, с душевной слабостью, отголоски которой приходили ко мне во снах. А это было главным. Ведь основной задачей передо мной стояла победа себя самой. И если мне удастся это, то у всего остального просто не останется шансов.

Вернувшись на арену, я заметила, что здесь было уже множество новичков - ведь все стремились как можно лучше подготовиться. Я оглянулась. Мои глаза искали лишь одного нуара, которого здесь все еще не было. Я не понимала этого, ведь он, всегда желающий быть первым, и на арене появлялся раньше других. Но что же могло произойти сегодня?

Не найдя исчезновению Дэнни никакого должного объяснения, я подошла к группе ребят, с которыми он обычно тренировался. Они все были в сборе, но их было лишь пять. Не хватало шестого, того, с которым мне уже однажды пришлось встретиться в поединке. То есть им не хватало нуара для того, чтобы всем была пара для тренировок. Это насторожило меня. Каждый день они собирались вместе для того, чтобы вступить в бой друг с другом. Эта шестерка нуаров была сильнейшей среди новичков. И они не допускали к своим тренировкам никого. Один за другим, в сознании рождались вопросы.

Почему Дэнни Густовсон опаздывает? Он, стремящийся обогнать само время, просто не мог себе позволить подобного.

Почему остальные из его команды просто стоят, не тренируясь? Может, им уже известно то, о чем остальные пока не догадываются?

И когда все прояснится?

– Ищешь кого-нибудь?
– Спросил один из них, разглядывая меня с ног до головы. Раньше мне такое поведение не пришлось бы по душе, но теперь я просто привыкла к подобному.

Мой взгляд открыто, безо всяких стеснений, прочно сошелся с его взором, и я не отвела своих глаз первой, чтобы не показать, что уступаю ему в чем-то. Пока шел поединок взглядов, я думала, можно ли предложить им сражение. Я знала, что они не очень любят сражаться с девушками. Эти нуары, как одни из самых стойких и способных в бою, просто считали нас бойцами второго сорта, в то время как среди них было принято сражаться только с самыми сильными. Однако мне было известно, что я являлась для них исключением. Мало того, что меня натаскивал сам мистер Нильсон, и я могла похвастаться действительно хорошей подготовкой, так еще и победить будущую правительницу нуаров было для них особым делом. К тому же, сегодня им не хватало пары, а тренировки не могли ждать. Это было основное правило. Здесь все находились лишь для того, чтобы усердно работать, так что, в конце концов, набравшись мужества, я выпалила на одном дыхании:

– Я хотела бы найти соперника для тренировки. И, поскольку вас пятеро, то есть на одного меньше, чем нужно для парных боев, решила предложить в противника себя.

Я смотрела в их глаза, которые выдавали улыбку и недоверие в том, что с девушкой можно сражаться на равных, и уже было подумала, что мой план провалился, как один из них, высокий брюнет с карими глазами, который сразу вступил со мной в разговор, произнес:

– Что ж, правителям не принято отказывать, - он засмеялся, - особенно, когда они сами приходят для того, чтобы им прилюдно преподнесли урок. Ребята, что на это скажете?

Его друзья дружно заулыбались, предвкушая интересное зрелище, а во мне росло удовлетворение оттого, что этот верзила не отказал мне в просьбе.

– Как тебя зовут?
– спросила я у своего сегодняшнего противника.

– Зачем тебе мое имя?
– Немного самоуверенно спросил он.
– Будешь просить прекратить бой до его окончания?

Я видела, что эти ребята были хорошими нуарами. Они просто не считали девушек достойными противниками. Не потому что не уважали их, а потому, что воспитывались в семьях, где мужчина должен был брать на себя всю ответственность. Признаться честно, это было традиционным для Зверей Крови. Здесь по старинке поддерживали патриархат. Женщина, конечно, могла выбрать себе супруга самостоятельно и занять достойное положение в обществе, но рассчитывать на блага, доступные мужчинам, было глупостью. Конечно, если бы мне не предстояло возглавить свой народ рано или поздно, я могла бы ими восхищаться точно так же, как поступали другие девушки, ведь сила просто струилась из их тел. Но мне предстояло делать все самой. И я хотела слепить из себя правительницу, которая могла бы претендовать на такое же восхищение.

Я улыбнулась своему противнику, и просто ответила:

– Кто знает, кому придется просить завершения поединка?

В ту же минуту мое тело, словно по волшебству, приняло боевую стойку, повинуясь инстинкту. Этот инстинкт жил в Зверях Крови от самого рождения, но здесь нас научили повиноваться ему. В один миг я призвала все свои обостренные чувства и эмоции, которые помогали в бою. Перед моими глазами возникла Кровавая Пелена, которая застилала взор. Я не видела больше ничего, только его. Своего противника. Все вокруг было окрашено в красный цвет, и я поняла, что готова.