– Но как же тебе удалось пройти мимо охраны?
– Недоумевал Густовсон.
– Замок окружен со всех сторон лесом, и его тщательно охраняют наши лучшие нуары.

– Вижу, ты не так давно владеешь магией, - усмехнулся жрец, - тот другой, что пришел с вами, расскажет тебе об этом.

– Его скрыл туман забвения от глаз других, и показал лишь тому, кому суждено было попасть в его сети, - Нильсон пояснил нам то, чего мы не могли понять. А затем обратился к старику, наблюдавшему с интересом за нами: - Отдай нам девушку, мы не хотим проливать чью-либо кровь.

Жрец засмеялся. Его дикий смех, отбиваясь холодным эхом от каменных стен, приводил чувства в ужас. Когда же он закончил, сказал, издеваясь:

– Всего через несколько минут здесь будут те, кто прольет вашу кровь!

– Этих нескольких минут нам хватит!
– Мистер Нильсон выкрикнул заклинание, на языке, смысл которого мне был непонятен. Возникающие на зов его голоса, из стен стали появляться одна за другой тени, вырывавшиеся с жуткими стонами. Они приближались к наставнику, и сливались перед ним в единую подвижную массу, несущую разрушение и погибель тому, против кого были направлены. Сказав еще несколько слов, Нильсон указал пальцем на жреца, и все эти тени из потустороннего мира, свиваясь в комок и постоянно вращаясь, понеслись с огромной скоростью прямо на жреца, который заслонился от них своим посохом. Эта битва могла продолжаться не то что несколько минут, а несколько часов, пока были бы силы у обоих противников, но в нее вмешался мистер Густовсон.

Пользуясь тем, что внимание жреца было сосредоточено лишь на собственной защите, он в считанные мгновения подскочил к нему сзади, и пронзил своим кулаком спину ужасного нуара так, что окровавленное пятно появилось на одежде спереди.

Мертвые когти, державшие Джинну в своих оковах, разомкнулись, и она упала мне на руки, которые я успела подставить в последний момент.

Больше не было теней, повинующихся указаниям наставника. Они снова растворились в камне этой пещеры, оставив после себя лишь гулкое эхо из стонов. На полу лежал жрец в луже собственной крови, перемешавшейся с кровью жертвенного животного. Из его горла вырывались кровавые хрипы, говорящие о том, что мы больше не в ловушке из его магии. Густовсон поднял Джинну с моих рук, и мы развернулись, чтобы уйти. Когда же свет пещеры оказался позади нас, я обернулась на предсмертный крик старика:

– Смерть идет за вами по пятам. Сегодня вы спасетесь лишь для того, чтобы погибнуть в еще более страшной битве, которую накликали сами на себя. Слуги Тьмы придут за вами. Они уже вышли на охоту за вашими душами, ждать осталось недолго.

Слова старика пугали меня, и мне хотелось поскорее покинуть это страшное место. Я уже переступила порог пещеры, как обернулась на зов этого монстра:

– Летиция Ноэль! Вскоре ты отправишься к своим предкам! Так написано в Книге Судеб!

Я хотела крикнуть ему в ответ, что это только мне решать, когда уйти из этого мира. Что, пока я могу сражаться за свою жизнь и свое счастье, мне не страшны его предсказания. Что его жизнь, в отличие от моей, уже окончена. Но не успела. Мистер Нильсон еще раз призвал тени, заточенные в камне, и послал их в жреца, заставляя его замолчать навеки. Вчетвером, мы выходили из этой пещеры, и возвращались в наш мир, ведомые голосом наставника.

Тьма оставалась позади нас, постепенно растворяясь в свете ночника, горевшего в комнате Джинны. Каким же странным было все то, что случилось. Говорят, что события не случаются дважды, но и это оказалось вымыслом. Побывав в пещере во второй раз, я поняла, что нет ловушек, из которых невозможно выбраться. Как и нет жрецов, которым невозможно противостоять.

Я считала секунды до того, как снова окажусь в маленьком домике на поляне огромного древнего леса, как вдохну знакомый аромат летнего воздуха, пробивающийся через открытое окно, как сожму теплую руку своей подруги. Когда же мои глаза открылись, я не поверила самой себе!

Мы вернулись к невысокой кровати, на которой лежало бесчувственное тело подруги. Напротив меня был уставший мистер Густовсон, а у ног Джинны - изможденный мистер Нильсон. Он старался держаться как подобает наставнику, но от моего взгляда не укрылось, сколько жизненных сил он оставил в жертвенной пещере. Лишь теперь его лицо, испещренное тысячами морщин, выдавало все то, что он прошел. Глаза, такие живые в первый день нашей встречи, теперь были погасшими. Он нуждался в отдыхе.

Словно прочитав мои мысли, мистер Густовсон произнес:

– Мы сделали для нее все, что было в наших силах. Далее в игру вступают совсем иные законы. Остается лишь надеяться, что она поправится.

Мистер Густовсон встал, помогая подняться на ноги мистеру Нильсону, и направился к выходу:

– Тебе следует отдохнуть. Ей ведь тоже нужен покой.

– Не волнуйтесь обо мне, - ответила я, - мне хочется побыть рядом с подругой, убедиться в том, что с ней все в порядке.

– Что ж, это твое право. Я предупрежу Кевина и Джека, чтобы они не волновались за тебя.

– Я бесконечно благодарна вам обоим за ее спасение, - как можно более искренне сказала я.
– Ей бы не выкарабкаться, не подоспей вы вовремя.

– Джинне еще предстоит бороться, - устало произнес Нильсон, - она слишком далеко от нас.

Наставник и Глава Клана тихонько вышли из комнаты, плотно притворив за собой дверь, и оставив меня в полной растерянности. Далеко от нас? Но как же так! Нет, этому не бывать! Мы рисковали нашими жизнями, отправляясь за ней, и я не позволю, чтобы это все ушло в никуда.