Еще, будучи командиром роты, Мезенцев, всегда был рачительным хозяином. Солдат он в довольствии никогда не ущемлял, заботился не только о строевой красоте своей роты, но и о том, чтобы солдаты всегда были сыты, сапоги были в исправности, фельдфебель и артельщики с кашеваром не могли вольничать с продуктами. Сапожник в его роте был всегда самый хороший в полку, имелись всегда и портной, цирюльник, плотник и столяр.

За время вольных работ, помимо отчисления в полк, оставалась всегда определенная сумма, для пополнения денег для приварка. Иногда Порфирий Исаевич, добавлял и свои деньги. Немного, но отличие в питании его роты от остальных рот полка, всегда имелось. И в лучшую сторону. Если обед, состоявший из двух блюд, был достаточно сытный, то вот ужин, на который по казенной раскладке отпускались только крупа и сало, был не очень хорош. Приготовлялся он в виде так называемой кашицы, к которой большинство старослужащих солдат даже не притрагивались; ее продавали на сторону. Кто мог - предпочитал купить на свои деньги ситного к чаю, а ефрейтора и унтера прикупали колбасы.

Находясь на излечении в Киевском окружном госпитале, Мезенцев пожаловался как-то, на столь скудный рацион соседу по офицерской палате, второго гренадерского Ростовского Принца Фридриха Нидерландского полка штабс-капитану фон Дицу. Тот, усевшись на табурет, стоявший рядом с кроватью Мезенцева, начал обучать его ротным премудростям:

– Оставляйте от обеда немного мяса, а если сможете сэкономить, то прикупите лишних фунтов пять. В пехоте конечно хуже чем в кавалерии. Экономию на сене и овсе не заведешь, но и у нас, если извернуться... Ну понимаете?

– В общем да.

– Заведите противень, чтобы жарить на нем мелко нарезанное мясо с луком. Иногда можно и чеснок добавить, кашицу с салом варите отдельно, а потом и всыпайте в нее поджаренное мелкими кусочками мясо. Очень даже вкусно получиться.

Тот же фон Диц, научил, как лучше использовать, чайные и приварочные деньги. Как лучше обустроить казарму, как экономить, с целью заведения тюфяков, чтобы солдаты не спали на голых досках нар. Мезенцев всегда пользовался этими советами и солдаты его роты, всегда отвечали на его заботу неподдельной любовью.

* * *

На Северной стороне, в палатке бивуака собрались по приказу полковника Мезенцева: полковой казначей - поручик Головатый, делопроизводитель по хозяйственной части, прапорщик Петенька Соловьев, квартирмистр, он же заведующий оружием, штабс-капитан Леонид Андреевич Безруков. Приглашены так же были полковник Лямин и пожилой поручик Сальников из летучего парка.

Обратившись к делопроизводителю по хозяйственной части, полковник сказал:

– Петя, не сочтите за труд, возьмите лист бумаги, необходимо записать то, что мы сейчас решим.

Воткнутая в горлышко бутылки, свеча бросала шевелящиеся блики света на бумагу, куда розовощекий прапорщик готовился записать результаты 'тайной вечери'.

После точного подсчета количества людей, запасов провианта, фуража, патронов, снарядов и гранат. После распределения кто, чем будет заведовать, перешли к вопросу финансов. Подсчет средств для выплаты денежного довольствия, столовых и квартирных денег, примерное сопоставление цен шестнадцатого года двадцатого века и пятьдесят пятого года века девятнадцатого, заняло три часа. Имевшиеся в денежном ящике полковые суммы, как и деньги, находившиеся на руках у солдат и офицеров, необходимо было обменять, на те которые имеют хождение в настоящее время. Об этом была сделана очередная запись Соловьевым.

Определение запасов обмундирования, позволили сделать еще одну запись. Переодев 'больно умных', артиллеристов, связистов, нестроевых и воспользовавшись некоторым запасом из полкового цейхгауза, позволяло надеяться о переобмундировке почти двух тысяч человек. С оружием было хуже. 'Подметя все сусеки', винтовок, карабинов и драгунок, наскребли только на полторы тысячи человек.

– На два батальона хватит. Завтра и приступим к переформировке батальонов на Северной стороне, если Ларионов договорится со здешним начальством.
– Высказал общее мнение Мезенцев.

– Сколачивание и притирка в ротах, займет тоже некоторое время.

– Да и офицеров тоже будет нехватка, даже если поставить в строй тех, кого по ценности своих знаний, вывели за штат.
– Озабоченно сказал Лямин.

– Ничего, на фронте по одному офицеру в роте бывало. Прапорщики, только-только после школы приходили, и пожалуйте в командиры роты. Но об этом, пусть у командира полка голова болит.
– Ответил Мезенцев.

Самым больным вопросом, стал вопрос снабжения продовольствием находившихся в отделе батальона Логинова и батареи Маркова-второго. Без встречи с севастопольским начальством решить его было невозможно.

– А кто ответственен за обеспечение продовольствием гарнизона? За выдачу денежного довольствия?
– задал вопрос поручик Головатый: - Начальник штаба? Какая вообще организация в гарнизоне?

– Я тут произвел некоторые расспросы, могу доложить, - покраснев сказал Соловьев.

– Говорите прапорщик.

– Для управления флотом и портами при главном командире имеют местом быть:

во-первых, Канцелярия Главного Командира, которая ведет переписку по всем делам;

во-вторых - Штаб, в который входит Канцелярия, Дежурство, Аудиторат, Гидрографическое и Медицинское отделения, Архив;