– Что же Вы Корнеев так стянули то его?

_________________________________________________________________________

* - Кто Вы и почему так одеты?.

– Я солдат. Это форма французской армии.

– Имя, фамилия, звание? Что вы делали в том месте, где вас захватили?

– Флориан Дюссо, рядовой. Я был в полевом карауле.

** - Какое сегодня число, месяц, год?

– Пятое июня тысяча восемьсот пятьдесят пятого года. Но почему вас это интересует?

– Это точно?

– Да. Сегодня пятое июня одна тысяча восемьсот пятьдесят пятого года.

***- В каком полку Вы служите?

– Пятидесятый линейный, первая бригада второй пехотной дивизии.

– Кто командует вашей дивизией?

– Генерал Каму.

– Кто командует французскими войсками?

– Генерал Пелисье. Вы могли бы приказать развязать меня? Очень затекли руки.

– Злые были господин полковник. Из-за Карпова да Рыкова.

Ларионов опять обратился к французу:

– Quelles actions entreprendront demain les troupes francaises ?

– Selon ce que sur les batteries transportait hier beaucoup de poudre, il y aura un fort bombardement des renforcements russes.

– Que sera ensuite ?

– Je ne connais pas, mais probablement l'assaut du gauche flanc de la d'efense russe*.

– Уведите пленного. Господа офицеры! Если кто еще не понял, то волей судеб мы оказались в тысяча восемьсот пятьдесят пятом году. Мы недалеко от Севастополя. А канонада доносящаяся с Юга, это бомбардировка предваряющая штурм Селенгинского и Волынского редутов, и Камчатского люнета. Как мы оказались здесь и сейчас, ведомо одному Господу. ВСЕХ офицеров прошу, для дальнейшего обсуждения, через час собраться у палатки офицерского собрания.

– Сергей Аполлонович, заменили людей в полевых караулах?

– Да господин полковник, в караул заступила первая рота.

– Спасибо.

* * *

После того, как импровизированное собрание разошлось по ротам и батареям, к Ларионову подошел незнакомый капитан. Два унтера маячили в стороне.

– Господин полковник, разрешите представиться капитан Степанов Леонид Михайлович, уполномоченный особого отдела штаба дивизии. Получил назначение в Ваш полк. Первоначально дернувшаяся для рукопожатия рука полковника осталась на месте.

– Полковник Ларионов Андрей Васильевич. Давно перевелись из корпуса?**

В глазах капитана появилась понимающая усмешка. Его рука, даже не дернулась для рукопожатия.

– Месяц как. Но и при службе в корпусе занимался не сыском, а вопросами контрразведки, правда, на Дальнем Востоке. Но я не об этом. Господин полковник, то, что Вы сказали, это действительно так?

– Parlez-vous francais?

– Нет, я не знаю языка. Я учился в провинциальном училище, где преподавание французского, в отличии от немецкого, было поставлено из рук вон. Потом проходил курс в Ковельской офицерской железнодорожной школе, а преподавание иностранных языков не было там приоритетным. Так, что я не понял о чем говорили Вы и адъютант полка с этим французом.

'Быстро соображает, сколько же лет он пробыл в корпусе? На вид ему лет тридцать пять, мы с ним почти одногодки'.

– В ОКЖ я служил пять лет.
– ответил на невысказанный Ларионовым вопрос бывший жандарм.

– Для вас мое лицо открытая книга капитан.

– Нет просто я неплохой аналитик. Этим и занимался в корпусе. Но Вы не ответили на мой вопрос, господин полковник.

__________________________________________________________________________

* - Какие действия предпримут завтра французские войска?

– Судя по тому, что на батареи вчера везли много пороха, будет сильный обстрел русских укреплений.

– Что будет потом?

– Не знаю, но скорее всего штурм левого фланга русской обороны.

** - Офицеры Армии и Гвардии, не подавали руки жандармам.

'Да хватка у тебя железная'.

– Да я был вполне серьезен.

Ларионов пересказал бывшему жандарму допрос Флорина Дюссо.

– Понятно. Я собственно, почему стал задавать Вам вопросы, господин полковник. Если все так и обстоит, а скорее всего именно так и обстоит, то позвольте узнать Ваши дальнейшие планы?

– Вмешаться самым грубым и непосредственным образом в текущие события.

– Вы понимаете, что вмешавшись в исторический процесс, Вы так измените будущее, что возможно, что и сами потом не родитесь. То есть, возможно, произойдет следующее: в один прекрасный день вы просто растаете как мираж.

– Такой вариант не исключен.
– После краткого обдумывания ответил Ларионов.
– Но, давайте пока не думать о неприятном. Пока я, как командир полка находящегося в отделе, пользуюсь правами командира на одну ступень выше, то есть правами командира бригады. И я в полной мере воспользуюсь ими для обретения даже призрачной возможности изменить столь неблагоприятный, известный сценарий. Что касается миражей, Бог не выдаст, свинья не съест.