– Ты хочешь моей смерти? – с хрипотцой в голосе прошептал Эрик.

– Определенно да, - согласилась я, толкая его на кровать. Затем быстро расстегнула замок до конца и позволила платью упасть на пол у моих ног, оставляя меня лишь в кружевных трусиках и недавно подаренном колье. Мягко опустившись сверху, я промурлыкала:

– Хочешь меня?

– Как ты можешь спрашивать об этом, - одним легким движением Эрик повалил меня на постель, нависая сверху, - когда в мыслях я уже 500 раз раздел тебя и доказал правдивость своих слов.

Жадный и требовательный поцелуй был последним, что запечатлело мое сознание перед тем, как я провались в омут наслаждения. Не видя чертовых пуговиц, я неизвестно как расстегнула рубашку, наслаждаясь его сильным, словно сталь, покрытая бархатом, торсом. Я словно во сне потянулась к ремню его штанов, но Эрик перехватил мои руки.

– Ты опять спешишь, - напомнил он мне.

Я ощутила его пальцы у себя на груди. Медленные, тянущие движения…Ласка напоминала мед. Такая же сладкая.…Казалось, слаще уже ничего не может быть. Звякнула пряжка ремня. Мой, только мой. Его прикосновения были теплыми, чуткими и невероятно нежными.

– Ты так прелестна, - выдохнул он, а я хотела ответить сарказмом, но как дурочка расплылась в умиленной улыбке победительницы. Только вот что я выиграла? Он был великолепен. У меня просто не было другого слова, чтобы описать эту ночь. Но теперь я была уверена, что получаю намного больше, чем одну ночь любви.

Глава 49 Распутывая клубок

Даниэлла

14 февраля 2010 Soho

Сильные и одновременно нежные руки прижимали меня к широкой стальной груди. Теплые губы прокладывали легкую дорожку поцелуев на моей шее. Я сладко вздохнула. Лежать в объятиях любимого мужчины – настоящее блаженство. И почему я раньше пренебрегала этим удовольствием? Раньше рядом не было его, Эрика. Я выпуталась из крепких объятий и, перевернувшись на живот, приподнялась на локтях. Я видела счастливые глаза Эрика и на лицо наползала улыбка.

– Тебе понравился бебидолл? – спросила я, пытаясь вспомнить, куда же все-таки делась занятная черная вещица украшенная бисером и блестками, та самая, которую мне посоветовал купить Джерри, когда мы искали подарок на свадьбу Хлои.

– Мисс главный редактор, - официально начал любимый. – Вы стали самым лучшим подарком на день святого Валентина.

Я спрашивала уже не первый раз, но Эрик стойко переносил все мои заезды. И да, вы не ослышались. С января я главный редактор журнала «STILE». Тайсон работает несколькими этажами выше в главном офисе, первым заместителем своего папочки, хотя на деле больше времени проводит у меня в кабинете, отвлекая от дел самыми приятными способами.

– А что поделать? Я у тебя такая.

– Повтори еще раз, - попросил Эрик.

– Что поделать, - послушно произнесла я.

– Нет, Эл, другое.

– Я у тебя такая? – не понимая, что он хочет услышать, сказала я. – Это?

– Да. Люблю слышать от тебя подобные признания, - заметил Эрик, одаряя меня нежным поцелуем.

– Что подарим близнецам? – спросила я, переворачиваясь на спину и кладя голову ему на плечо.

– По-моему суетливая мамочка давно скупила все мало-мальски пригодное ее малюткам, - усмехнулся Эрик.

Он попал в десятку. У близнецов Эммы, девочек Ребекки и Роуз, родившихся ночью с двадцать пятого на двадцать шестое декабря, было абсолютно все, поэтому даже крестный терялся в догадках. Кстати Ричард Тайсон несказанно подобрел ко мне. И когда я приезжала в особняк на Лонг-Айленд, часто уговаривал меня на партию в шахматы или бильярд. Элизабет относилась ко мне как ко второй дочери, что в тайне мне очень льстило. Эшли нашла во мне союзницу в почти безобидных шутках над Эриком. Он шипел на сестру, обещал мне отомстить, но приговор никогда не приводился в действие.

Что касается моего папочки, я уже почти привыкла так называть Чарльза, то сразу после нового года он наконец-то уговорил меня на знакомство с бабушкой, с которой у нас как оказалось и правда были почти одинаковые глаза. Ее внешность напомнила мне леди времен княгини Монако Грейс Келли. Мы с очень легко нашли общий язык, К концу недели она не хотела отпускать меня в Нью-Йорк и звала к себе погостить в любое удобное для меня время.

Я лениво посмотрела в окно. На город опускалась ночь.

– Останься, - внезапно сказал Эрик.

– Я же никуда не уезжаю.

– Сейчас нет, а через два часа вернешься в Гринвич Вилладж.

– А ты не хочешь меня отпускать? – спросила я.

– Я хочу каждое утро первым делом видеть твое сонное лицо, смешной халат похожий на развратное кимоно гейши, ароматические восточные свечи, вагон и маленькую тележку разных бутылочек и флакончиков в ванной, твою одежду, разбросанную по всей квартире, когда ты не знаешь, что надеть, - не сводя с меня глаз, перечислял он.