И подобного я так и не нашла, хоть и пыталась.

Загрустила сразу же, и решила отогнать все печальные мысли. Зачем вспоминать прошлый негатив, если теперь все в порядке? Что было - то прошло.

Развела руки в стороны, улыбнулась настороженному Егору и тихо попросила:

– Иди сюда.

Вероятность что он проигнорирует жест, была велика, даже очень. Поэтому я так удивилась, когда друг и правда дошагал до меня, опять заморозился, а лицо очень красноречиво говорило обо всех метаниях.

Глупый. Как же ты себя накрутил...

Обняла, как всегда, крепко и от души. И еще раз отметила, как же он вырос. Совсем мужчина, пусть и внутри сущий ребенок. Изменился, да. Почти до неузнаваемости. Но все равно, где-то в глубине, остался прежним. И обнаружив это, я поняла - врала себе раньше, что, мол, домой приехала. Только сейчас это поняла. Оказывается, ощущение дома очень тесно сплетено с вот этим человеком. И его отношением ко мне.

Егор еще раз удивил и обнял в ответ, положив подбородок на мое плечо и шумно выдохнув. А я на какое-то время позабыла как дышать. Я же фанат тепла, вечно ищу его, а когда получаю - наслаждаюсь. Так вот, в тепле тела Егора я почти растворилась. И уже не помню, когда же мне было настолько хорошо. Наверное, от того, что все что происходит с другом, мне было знакомо. Сама пережила. И в нем теперь узнаю себя. А еще понимаю, чего так не хватает. И готова ему это дать, да что угодно! Если дружить, то отдавая все, даже если душу придется потрошить - вот поэтому у меня в жизни и был только один друг... Как пафосно же звучит! Хорошо, что никто не слышит этого бреда.

Быстро чмокнула Егорчика в щеку и дунула в шею, чтобы не расслаблялся. А когда отстранилась, то еще успела заловить затухающую радостную улыбку. Нет, он просто невозможно мил! Вот же повезет какой-нибудь счастливице...

– Ты как?
– это первое, что волновало. Огурец оттаял, пусть и не полностью, но и этого пока хватало за глаза. Главное, что он больше не делает вид, будто я совсем чужая.

– Норм, - ответил он. Вот все идеально, но не хватает только одного... Расцепила руки, ткнула в обе щеки пальцами, ближе к уголкам губ, и растянула их в разные стороны.

– Тебе намного больше идет улыбка, - пояснила на ошарашенный взгляд. Отвык, мой, отвык.
– Разве я это нечасто тебе говорила?

Ощутила пальцами, как уголки его губ уже сами поползли вверх. И руки мои Егорушка не сразу убрал. А я, дуреха такая, восприняла этот жест не просто так, а аж признал его доверия.

– Знаешь, погуляв сегодня с тобой, я понял одну вещь.

– Какую?
– сразу же заинтересовалась. А паренек, как назло, сделал загадочное лицо и искренне наслаждался моим нетерпением.

Сейчас точно пну! Видимо, уловил, и больше не мучил неизвестностью.

– В памяти отложилось только все самое негативное. Как ты тискала меня, как это бесило, вечно издевалась...
– он вздохнул.
– Но я вспомнил. Все не так уж и плохо.

– Сейчас обижусь.

Вот, значит, как?

Ладошка Огурца, больше похожая теперь на совковую лопату, легла на макушку и коротко встрепала волосы. Что стало тем еще шоком. Вообще-то, именно я должна подобное делать!

Обычный жест, но какую бурю эмоций он вызвал!

– Не надо.
– А Егор почти смеялся. За это можно и простить.

Вот любовалась я на его полуулыбку, любовалась... и тут я брякнула. Почти сразу же пожалев.

– Сходишь кое-куда со мной?

Зачем только сказала? Ведь... туда только я одна должна ходить. Это только мое дело, никто не должен видеть меня в том состоянии, никто!

Как назло, Огурец быстро согласился. И уверять что передумала - было поздно.

Или я совсем этого не хотела?

Призрак доверия. Он виноват. Ведь никто в этом мире, кроме родителей, не знает, как же тяжело переносить походы туда.

Пришлось вернуться обратно на детский мир, а уже оттуда - немного подождав нужную тарахтерлку-автобус - в Красный Яр. Я снова болтала, но уже больше чтобы не выдать волнения и нарастающей паники. Зато хоть один плюс - Егор все больше походил на того, кто сохранился в памяти. Позврослевший ребенок.

Время пролетело быстро, быстрее, чем хотелось бы. Вроде бы только что были в городе, а теперь - стоим на одной из пыльных улиц и пропускаем мимо стало овец. Тот еще запашок, тот еще шок для привыкшей к городской жизни меня. А Огурчик так спокойно стоит... Как будто не в Питере жил.

Улица, еще одна, поворот. Несколько знакомых лиц, еще с час потрачено на разговоры с моими тетками и дядьками в каком-то там колене. И ведь узнали. А я цеплялась за них, пусть заслуживала все более подозрительный взгляд друга. Тянула изо всех сил. Но все равно оказалась перед воротами на кладбище.